Наследница (СИ)

Иногда они сталкивались в институте, и та все порывалась что-то сказать, но Амина смотрела сквозь — в будущее, и предателям в нем не было места.

Ясмин заморгала, словно под веко попала пылинка. Надо же, расчувствовалась. Но в этом мире Фло не была ей подругой и уж, конечно, ее не предавала.

Тёрн шел сплошной стеной, и Ясмин казалось, он расступается ровно за шаг до ее появления и снова сливается в тёмную стену за спиной. Выглядело это жутко. Подобной техникой пользовался и Бересклет. Странно, что их тотемы никогда не сотрудничали, у них было много общего. Объединись они, и Варде бы не поздоровится. Может, и зря она так. Тогда, в той жизни, с подругой?

Но ответа не было. Теперь некому было отвечать.

— Доброго заката, мастер Ясмин, — этот голос она узнала бы из тысячи.

Ясмин остановилась, словно натолкнувшись на стекло, а когда обернулась, увидела только стену терна, пробившую белые полуразрушенные ступени лестницы, и росшую прямо на них.

— Я здесь, — окликнул Абаль.

Он стоял, небрежно облокотившись на кустарник, и тот вывернулся гладкими завитками под его рукой, ласковый, как огромный зелёный кот. Ясмин совершенно онемела. Одно дело думать, что справишься с одиночеством, другое дело встретить Абаля вот так. Снова. У дома его бывшей возлюбленной, которую она же и покалечила. Особенно в момент собственной слабости.

— Представляешь, — легкомысленно продолжил Абаль, — она меня не пустила, — он кивнул на терн, перегородивший вход на территорию поместья. — Впервые за двадцать лет.

— Прямо, как в сказке про Шиповничек, — механически согласилась Ясмин.

— Какой сказке?

Абаль сбился с мысли, и уставился на неё своими инопланетными глазами. Колодцы чёрные, а не глаза. Ясмин опустила взгляд на собственные руки, как выпускница Смольного. Не смотреть мужчинам в глаза, не кокетничать, ножки вместе, глазки вниз. Она полгода ходила в театральный кружок и всю школу воображала себя знатной девицей времён Марии Фёдоровны. Сейчас об этом было даже думать смешно, но театральная практика делать раньше, чем думать, взяла своё.

— Сказка про царевну Шиповничек, — пояснила она собственным стиснутым пальцам. — Злая ведьма заколдовала принцессу на столетний сон, а возле замка вырастила шиповник, чтобы никто не мог пробраться к ней. Но однажды в замок пришёл отважный и прекрасный принц, и шиповник пал, чтобы тот смог разбудить спящую принцессу. В общем, я пойду. Фло жива, если что, я ее не съела. Тёрн же растёт, значит все с ней в порядке, просто характер дурной.

Тёрн мгновенно вывернулся шипами в опасной близости от Ясмин. Та сошла ступенькой ниже, а после ещё и ещё.

— Я пойду, рада повидаться, передай Флоре при… То есть не передавай, мы же только что с ней виделись.