Навстречу счастью

Однако возникли и сложности: Андрей никак не мог решиться оставить работу. Конечно, ему хотелось содержать семью в достатке, вывозить ее летом к морю, но бросить расположенный за тридевять земель от города диспансер для него было сродни предательству — здесь он проработал около двадцати лет, защитил кандидатскую, стал заведующим отделением.

То, что давно пора открывать свое дело, Лида пыталась втолковать ему и раньше, но лишь после разговора с Алексеем все сдвинулось с мертвой точки. А ведь Радченко с первой минуты понял, что Соколовский не бредит идеей создания медицинского центра. Он вообще подкупал внутренней чистотой, какой-то детской непосредственностью и, похоже, принадлежал к так называемым «ботаникам» — людям, погруженным в науку, далеким от мировых и бытовых проблем.

«Он — врач, ученый, бизнесмена из него не получится, — сделал вывод Алексей после первого же делового разговора. — Придется подыскать толкового менеджера и бухгалтера. Можно привлечь к работе и Лиду. Почему бы нет?»

Но Лида наотрез отказалась заниматься чем-то, кроме детей и дома: она вжилась в роль матери, и это интересовало ее больше всего на свете. Алексей и не подозревал, насколько сильны в ней эти заложенные от природы чувства.

— Что-то случилось? — усевшись на заднее сиденье и отдышавшись после быстрой ходьбы, спросила Лида. — Что-то не получается с центром?

— С центром все в порядке. Я о другом, о чем обещал тебя не спрашивать. У меня возникли новые неприятности, и мне кажется, что к ним причастен тот же человек… Ты до сих пор считаешь его другом?

— Нет, не считаю.

— Тогда в чем дело? — не сдержавшись, повысил голос Алексей. — Ты его покрываешь, он продолжает безнаказанно творить свои черные делишки, а я не могу нормально работать!.. Хорошо, — снова продолжил он после паузы, но уже гораздо спокойнее. — Хорошо. Я не буду уточнять, кто он, но ты должна ответить на мои вопросы «да» или «нет». Он тебе угрожает?

Лида отрицательно покрутила головой.

— Он что-то знает о тебе и шантажирует? Верно?

Плечи женщины дрогнули, она виновато опустила глаза и тихо вымолвила:

— Я должна подумать… Прости, пожалуйста… Я позвоню.

— Здорово изменилась Лидия Иннокентьевна, — проследив за скрывшейся в метро женской фигурой, заметил Чернов. — Три года назад это была совсем другая женщина.

— Три года назад все мы были другие, — вздохнул шеф. — Давай в офис. Мы должны выехать из Москвы не позже двух…

5

…Лишь к концу третьей недели пребывания в больнице Максим более-менее успокоился: кажется, его снова ни в чем не заподозрили. Более того, каждый день звонили, навешали, завалили продуктами холодильник в палате. Конечно, это было приятно, но он прекрасно понимал: все до поры до времени.