Навстречу счастью

Решение открыть собственное дело созрело в конце девяносто первого, и способствовал тому развал Союза — время повсеместного хаоса. Никто поначалу не представлял, как можно разорвать на куски единую экономику, а уж разобраться, кому и сколько причитается, — и подавно.

Наблюдая, как общая картина распадается прямо на глазах, точно поднятый с пола puzzle, Алексей вовремя сориентировался и успел ухватить свой крошечный кусочек, который и положил начало его бизнесу. Когда же спустя несколько месяцев он заехал в гости к Артему, ставшее общим дело стало стремительно нарабатывать капитал. Правда, до тех пор, пока друг не переехал в Москву, о его роли никто не догадывался.

К тому времени Кушнеров больше восьми лет отработал на строительстве Игналинской атомной, прошел нелегкий путь от рядового инженера до заместителя начальника отдела снабжения (конкуренция была необычайно жесткой: на стройку последней в Союзе атомной станции съехались лучшие специалисты). По роду деятельности он проводил немало времени в командировках, имел хорошие связи и в Госснабе, и в Минатомпроме, и в других структурах.

На момент обретения Литвой независимости вовсю шла комплектация третьего, почти достроенного блока. И вдруг как снег на голову свалилось решение: прекратить строительство. В обратную сторону маховик раскручивался стремительно: все многими годами поставлявшееся на Игналину распродавалось такими темпами, что через год там по большому счету делать уже было нечего."

"А так как Артем считался не последним человеком в отделе снабжения и в Москве у него был свой «генератор идей» Радченко, очень скоро Кушнеров мог позволить себе купить квартиру в центре Москвы, куда и переехал вместе с семьей…

— …Ладно, — после раздумий кивнул Алексей, — возвращайся. Все равно если ты что-то надумал, останавливать тебя бессмысленно. Цеховскому, конечно, это не понравится.

— И за что он меня так не любит? — получив «добро» (кому, как не Кушнерову, была известна быстрая отходчивость друга), Артем заложил руки за голову и улыбнулся. — Я не претендую на пост генерального, пусть Максим и дальше руководит. Но вот свой кабинет я ему не уступлю, пусть не надеется. Кстати, переключив внимание Джейн на себя, я, можно сказать, спас когда-то его семью от развала… Интересно, как он воспримет мое возвращение? Уж, конечно, оттого что придется освободить кабинет, от радости прыгать не станет.

Алексей нахмурился: обоюдная неприязнь ключевых фигур бизнеса была ему не по душе еще до отъезда Кушнерова в Штаты.

— Глянь, Юлька возвращается! — меж тем отвлек его от мыслей Артем. — Нет, ты скажи: где она всему этому научилась?

Поправив очки, Радченко перевел взгляд на дверь.