Назад в СССР 2

— Тебе-то это зачем? Пусть опера направление сначала притащат, я его, как положено, в журнале исследований зарегистрирую, потом…

— Пиши справку, бл*ть! — хлопнул я по столу кулаком.

Витя аж подскочил:

— Да ладно, ладно. Сейчас набью. Делов-то. Так бы и сказал, что очень нужно. Чего кричать-то.

Витя уже торопливо заправлял два листа с прослойкой копирки в пишущую машинку. Выровнял каретку и застучал по клавишам. Через несколько минут в руках у меня была справка с печатью и подписью старшего эксперта Драгунова. Я схватил ее и выскочил из лаборатории, за мной семенил Погодин.

— И стряси с них направление! — крикнул вслед Витя. — Я строчку пустую в журнале оставил для его регистрации…

Но мне уже было на все пофиг. В голове стучала лишь одна мысль. Если это он — убью гада… Я обязан посмотреть в его глаза лично. Он должен мне сказать все сам. Иначе я не поверю…

— Где Трошкин? — бросил я на ходу.

— Так у меня в кабинете. Там с ним наши беседуют. Пока москвичи не приехали, Илью там допрашивают."

"Я распахнул дверь восьмого кабинета. За столом сидел начальник розыска — угловатый седой мужик. Рядом два опера помельче. Посередине кабинета в стул вжалась худенькая фигурка Трошкина. Он обернулся. Глаза красные и потухшие.

— Прости, Андрей… — дрожащими губами выдавил Трошкин — Это я виноват…

— Ах ты, тварь! — я кинулся на него.

Глава 19

На моей спине повис Погодин. Я крутанулся и без труда скинул его с себя. Но в меня тут же вцепились две пары рук — подоспели сидевшие здесь же, в кабинете, опера.

— Петров! — заорал начальник розыска. — В чем дело?! Какого черта ты на него накинулся?! Держите его, не отпускайте!

— Он убил Рогову и Звереву и, возможно, еще других! — захрипел я, борясь с операми.

Один из них был явно тяжелее меня раза в полтора. Второй — как я. Вмазать бы им, да нельзя. А так просто их не стряхнуть.

— Ты что, Андрей! — крикнул Трошкин. — Как ты мог такое подумать?!

— Твои пальцы на бутылке из-под шампанского, свеженькой, я прямо сверху ее в мусорном ведре нашел. Ты был у Зверевой вчера! — рявкнул я на него. — Признавайся!

— Так я этого и не отрицаю… Я уже товарищам милиционерам рассказал, что приходил вечером к Раисе. Мы посидели. Выпили немного. Мы с ней уже неделю, как встречаемся. Я тебе просто не успел сказать.

— Что?… — опешил я и замер, опера, почувствовав это, ослабили хватку. — Ты же сам только что сказал, что виноват…

— Я виноват, что ушел от нее, а потом случилась страшная трагедия. Я виноват, что повел себя не как мужчина и не смог защитить Раису! Ах! Если бы я остался вчера с ней! Но нет же… Испугался продолжения… Заробел. Когда я уходил, Раиса была еще жива…

Илья закрыл лицо руками, плечи его задергались.

— Так ты не убивал ее? — я повернулся к операм. — Да отцепитесь уже от меня.

— Нет… Я ее любил.