Назад в СССР 2

Так что временно поступаешь в мое распоряжение.

— Я только за, говори, что делать!

— Карту настольную я уже стибрил в отделе, — я достал из кармана смятую бумажку и развернул ее перед Трошкиным. — Места, где может быть Олег, пометил. Если он идет со скоростью от двух до пяти километров в час, он должен быть в этом квадрате. Обычно, потерявшись, люди ищут, где выйти на дорогу.

— Большая территория, — расстроенно сказал Трошкин, который был городским жителем до мозга костей. — Там и болота, и река…

— Но и мы не одни. Пожарных и ОСВОД уже подняли в ружье. Приданные силы завтра еще прибудут. А мы выдвинемся сегодня. До темноты хоть немного успеем побродить. Фонарик есть? Спальник, палатка?

— Да откуда?

Да, так я и думал. Природу Илья видел разве что из окна многоэтажки — в виде чахлого палисадника перед подъездом.

— Ладно, Петрович обещал все взять. Он и рыбак, и охотник, у него этого добра навалом.

* * *Через полтора часа старенький горбатый “Москвич-444” пыхтел по проселочной дороге. Тесную двухдверную малолитражку Петровичу удалось урвать, как ветерану войны и труда. Автомобиль бренчал подвеской на ухабах и несколько раз успел заглохнуть. Быков упирался головой в потолок. Я сидел на переднем сиденье и держался за панель. Илья, Антон и Федя болтались сзади.

Я мысленно молился, чтобы автомобиль не развалился совсем. Но Петрович на такое непотребное поведение своей машины реагировал оптимистично. Не обращал внимания на тревожные звоночки, говорил, мол, что горбатый ни разу не подвел, и уже десяток лет исправно возит его на рыбалку. Мне бы его оптимизм.

До места добирались часа полтора. И то не доехали, там, где прошел “Ирбит” Степанова, Москвич не прополз. Перегруженный, сел на брюхо.

— Все! — скомандовал Петрович, вытащив компас. — Дальше пешком!

Сзади нас подперли два УАЗика, битком набитые местными спасателями…

Как таковой службы спасения в эти времена не было. МЧС еще не зародился. Спасением людей занимались часто смежные структуры: пожарные, милиция, альпинисты из спортивных клубов, которые летом могли переквалифицироваться в ОСВОД, члены всяких спортивно-туристических организаций, что любили лазать по горам, ходить под парусом или покорять горные реки. Собственно, Гражданская оборона в полном смысле была гражданской. Ни формы, ни погон, ни званий.

Из машин высыпали разномастные мужички: сборная солянка из разных структур и служб. Лишь старший был экипирован как профессиональный спасатель, очевидно, был из альпинистов. Матерый бородатый мужик с мордой, потертой невзгодами службы, с усмешкой глянул на наш тарантас и, приняв за туристов, предостерег:

— Куда вы, товарищи, на ночь глядя собрались? Возвращайтесь в город. Лес ошибок не прощает.