Все в его поцелуе
Тайна старинного дневника должна быть раскрыта – ведь от этого зависит будущее Гарета Сент-Клера.Маленькое «но» – дневник написан на итальянском, а здесь Гарет, мягко говоря, не силен!Остается только одно – умолять о помощи самую своенравную леди лондонского высшего света – Гиацинту Бриджертон, которая своим острым язычком уже успела распугать толпу поклонников.Конечно, итальянский мисс Бриджертон, как и ее характер, оставляет желать лучшего, – но очень скоро Гарет, влюбленный в прелестную переводчицу, забывает и о том, и о другом, вконец запутавшись в сетях страсти...
– Его отец!
Гиацинта, не пытаясь скрыть своего интереса, резко обернулась. Оказывается, приехал лорд Сент-Клер. Всему свету было известно, что отец с сыном не разговаривают, но приглашения неизменно посылались обоим. Сент-Клеры обладали удивительным талантом не появляться там, где бы они могли встретиться.
Знал ли Гарет о приезде отца? Гиацинта посмотрела на танцующих. Он смеялся над чем-то, что говорила ему мисс Хотчкисс, и, видимо, ничего не заметил. Гиацинта видела отца и сына вместе всего один раз. И хотя они стояли от нее на далеком расстоянии, было видно, что оба напряжены, а потом быстро покинули собрание, выйдя в разные двери.
Лорд Сент-Клер оглядел зал, увидел сына, и его лицо окаменело.
– Что ты будешь делать? – шепнула Фелисити. Делать? Лорд Сент-Клер, все еще не замечая, что на него все смотрят, повернулся и вышел – возможно, в комнату для игры в карты. Но никто не мог поручиться, что он не вернется обратно.
– Так ты собираешься что-то предпринимать или нет? – настаивала Фелисити. – Ты должна.
Гиацинта, однако, сомневалась. Она еще никогда ничего подобного не делала. Но теперь другой случай! Гарет был... Она считала его в какой-то мере своим другом. И ей надо было поговорить с ним. Она провела все утро и половину дня в своей комнате за переводом дневника его бабушки. Он наверняка захочет узнать, о чем она прочитала.
И если ей удастся предотвратить ссору... Ей всегда нравилось быть героиней дня, даже если это заметила бы только ее подруга Фелисити.
– Я приглашу его на танец, – заявила она.
– Неужели? – вытаращила глаза Фелисити. Гиацинта была известна своей оригинальностью, но даже она ни разу не посмела пригласить на танец джентльмена.
– Я не буду устраивать сцен. Никто, кроме нас с тобой, ничего не заметит.
– А еще те, кто будет рядом, и те, кому они расскажут и кто...
– Знаешь, чем хороша такая давняя дружба, как наша? – прервала ее Гиацинта.
Фелисити покачала головой.
– Ты не обидишься на меня на всю жизнь, если я сейчас повернусь и уйду.
Что Гиацинта и сделала!
Но драматический смысл ее поступка значительно притупился, когда она услышала, как Фелисити хихикнула:
– Желаю удачи!
Тридцать секунд спустя. Требуется не так уж много времени, чтобы пересечь зал.
Гарету всегда нравилась Джейн Хотчкисс. Ее сестра была замужем за его кузеном, и поэтому они часто виделись в доме бабушки Данбери. Более того, он мог спокойно пригласить ее танцевать и она не станет удивляться, нет ли за этим некоей матримониальной подоплеки.
С другой стороны – она очень хорошо его знала. Во всяком случае, достаточно хорошо, чтобы заметить, что он вел себя не совсем обычно.
– Что ты ищешь? – она, когда закончилась кадриль.
– Ничего.
– Ладно. – Джейн сдвинула светлые брови.











