(Не) могу быть твоей, Дракон

Девицы – брезгливо поджав ярко накрашенные губы, парни просто удивлённо, а вот взгляд Дэнира я прочесть не могу. Скорее всего, он просто утвердился в своём первоначальном мнении насчёт «покровителя». Губы искривлены в презрительной полуусмешке, глаза сощурены.

Рон выпускает мой загривок, но только для того, чтобы перехватить за руку, чуть выше локтя.

– Все собрались? – спрашивает Рональд обманчиво спокойным голосом, но от его пальцев, сомкнувшихся на моём плече, исходят такие мощные волны вибрации, что я физически ощущаю драконью ярость.

Ответа он ни от кого не ждёт, продолжает:

– Всем адептам через полчаса быть в моём кабинете.

Отчитаетесь о драке, участниками которой были. И лучше вам сразу настроиться на правду. Солгать или приукрасить не получится. В любом случае у всех присутствующих отзываются пропуска в Шарден до моего особого распоряжения.

– Но за что?

– Там и объясню. Полчаса. Ясно? Можете проводить своих…

Рональд небрежно подбородком указывает на девиц. А я только сейчас обращаю внимание, как они смотрят на дракона. Обо мне девушки уже забыли, а вот Рона прямо-таки пожирают глазами, приоткрыв рты.

Впервые за эти дни я смотрю на него словно со стороны.

Рон возвышается над всеми, как гора. Давит своей мощью. На нём сейчас нет камзола: чёрные свободные штаны и чёрная рубашка. Верхние пуговицы расстёгнуты, открывая мощную шею. В ярком свете уличного фонаря видно, как бугрятся под тонкой тканью мышцы. Кажется, что при любом неосторожном движении ткань треснет.

С трудом отвожу глаза, потому что меня начинает штормить. И это не те ощущения, с которыми я реагировала на него пять лет назад. Сейчас я впервые чувствую свою магию, живущую своей жизнью, независимо от моих желаний.

По всему телу гуляют воздушные смерчи, щекоча кожу изнутри. Внизу живота тянущая пустота. Я помню жар тела, которое вжимало меня в постель, помню, как он заполнял меня, помню, какой он большой внутри, как сладко…

Опускаю голову, пряча горящее лицо. Надеюсь, в жёлтом свете фонаря это не очень заметно.

Рон, словно почувствовав моё состояние, ослабляет хватку, и я чувствую, как он поглаживает мою руку подушечкой большого пальца. Пытаюсь высвободиться, но куда там, держит он всё равно крепко.

– Идём, Айви.

 – Мне кажется, или за стальной стеной в его голосе появляется непривычная мягкость?

И я вдруг обнаруживаю, что мы остались одни. А ещё чувствую, что вырываться мне больше не хочется. И, если он сейчас притянет меня к себе, сопротивляться я не смогу.

Но Рон не притягивает, его рука скользит вниз по моему предплечью, касается кисти и переплетает свои пальцы с моими.

– Идём, – повторяет он.

Я послушной овечкой следую за своим драконом, с каждым шагом осознавая, что никуда моя любовь к нему не исчезла.