Не отвергай босса, опасно!

После этого я старался к нему на работу больше не приходить, только по острой необходимости — не желал бередить рану, которая не заживала и продолжала кровоточить. Его звонок и предложение, меня удивили, оказалось, он вообще с ней никогда не имел интимной связи.

Вот я идиот, столько времени зря потерял! Давно бы её за шкирку и домой, а там разобрались бы. Потрепыхалась бы немного и успокоилась. Она секс любит — так я ей его дам столько, что на других у неё сил не останется. Теперь она от меня никуда не денется, не отпущу, хватит, настрадался!

В этот же день приставил к ней своего человека, позвонил Кириллу и Глебу. Первый потерял дар речи, когда услышал суть мой просьбы, затем долго ругался, говорил, что я и Аверин умом повредились. Второй же только сетовал на то, что находим себе проблемных женщин, и ему работы прибавляем, но других комментариев не было: уверен — он ждёт личной встречи, чтобы в глаза свои мысли по этому поводу высказать. Правда, поржал немного и пошёл собирать информацию — мне нужно было хоть что-то знать до встречи с моей добычей. Я специально не интересовался ей раньше — боялся сорваться.

Утром мне было уже известно, что Юля действительно в разводе, уже как четыре года и два месяца, у неё дочь, зовут Алисой, девочке четыре с половиной года. Когда услышал возраст, меня посетила мысль, что девочка может быть моей, ведь примерно в это время мы были близки, и муж её утверждает, что это не его ребёнок. Его или нет — без разницы, теперь девочка моя, я от дара небес отказываться не буду, тем более девочка от моей русалки, она — частичка её.

Кирилл принёс документы, которые я просил, ругался долго, сетовал «зачем тебе чужой ребёнок?» Пришлось напомнить, что отец тот, кто воспитывает, а не тот, кто зачал, и если воспитывать её буду я, значит, она моя. Тот спорить не стал, мол, твоё дело, молча покрутил у виска и ушёл.

Позвонил мой человек, доложил, что видел, как она разговаривала с каким-то мужчиной возле детского сада. Неужели бывший вспомнил про дочь? Или Юлю собрался вернуть? Если да, то поздно, я своего не отдам, ноги переломаю, если понадобится, и память отшибу. Я её трижды из лап смерти вытащил не для того, чтобы бесхребетнику отдать — он от них отказался, а я заберу. Тем более для меня мужчина, бросивший своего ребёнка и беременную жену — не мужчина вовсе. Он мог развестись, но обеспечивать обязан, и в воспитании ребёнка обязан принимать участие.

Шакал.

Через час два документа были готовы: один для того, чтобы проверить её, и, если она согласится, то задача Артура — подменить документ. Я хочу убедиться, готова она будет лечь под меня. Если да, то и методы её воспитания будут соответствующие. Если нет, то скажу, что это просто проверка, так как сотрудницы с такими моральными устоями мне не нужны.