Не твоя семья (СИ)

А она меня?

— Тимур, у нас фиктивный брак, и вот это все, — обвела рукой в воздухе мою фигуру, — меня не интересует. Б/У, — презрительно пожала плечами и сладко потянулась.

— Когда-то ты любила меня такого, Б/У.

Я ведь не был девственником до нашего знакомства.

— Любила, — согласно кивнула. — Больше не люблю. Тим, твоя игра мускулами и стояком мне неинтересна, — произнесла равнодушно. — Я спать хочу. Одна. Надевай портки и на выход.

Я не успел ответить. Кто-то поскребся в дверь, затем тихий скулеж. Шрек пришел.

— Что это… — изумленно прошептала и бросилась открывать.

— Шрек! — ошеломленно воскликнула. — Привет, мой малыш, — присела перед ним. — Неужели это ты! — тискала и обнимала. Шрек сначала обнюхивал хозяйку, затем хвостом вилял и облизывал тонкие пальцы.

— Он жил у твоей мамы? — спросила, не глядя на меня.

— Нет. Со мной в лофте.

Ангелина только бровь демонстративно выгнула и…

— Бедный мой мальчик, — погладила по голове собаку. — Тяжело тебе пришлось.

Естественно, бедный мальчик совершенно не я. Ну что же, заслужил. Но за Шреком я добросовестно ухаживал, у меня всегда с собой дежурный пакет для его фекалий.

— Ты очень плохо обо мне думаешь, — констатировал, аж хрен падать начал.

— Я думаю о тебе ровно так, как ты заслуживаешь.

Упал окончательно.

— Мантуров, — повернулась ко мне и оглядела недовольно, — ей-богу, надень штаны, а!

Мля! Так меня еще рожей не тыкали. Вроде ничего такого, а чувствую себя обосранным.

В гардеробной схватил белье и домашние штаны, когда вышел, в нашем полку прибыло: Шрек носился, а Егор за ним бегал. Такая кутерьма завязалась. Ангелина тихо посмеивалась. На меня никто не обращал внимания. Никогда еще так остро не ощущал себя лишним.

— Все, спать! — скомандовала Геля.

— Я сь тобой, — Егор забрался на кровать и накрылся одеялом. Шрек тоже попытался забраться на белоснежные простыни.

— Нет-нет, — жена помотала пальцем перед его коричневым носом. — На коврик, — тот послушно лег.

— Можно и мне на коврик? — прошептал я, останавливаясь за ее спиной, так, чтобы наши бедра соприкоснулись. Ангелина повернулась и жестко указала мне на дверь. — Спокойной ночи, — присел на кровать рядом с сыном. Егор зажмурил глаза и отвернулся, но отметил мое присутствие:

— Пасивец.

— Па — это уже хорошо, — с улыбкой коснулся тонких детских волос. — Над сивцем будем еще работать, — и поднялся. Ангелина держала дверь распахнутой. — Сладких снов, жена, — хотел погладить щеку. Она дернулась. Геля пресекала любые попытки войти с ней в физический контакт. Когда-то ждала моих ласк, хотела, жалась любовно. Когда-то…

Утром я проснулся рано. В министерство нужно. На кухне слышалась возня и соблазнительно пахло выпечкой. Ангелина жарила кружевные блины. Шрек рядом. Егора не было.