5 желаний босса

– Добрый день, – я завесилась профессиональной вежливостью, – вам чем-то помочь?

Внимательный взгляд выцветших серых глаз и довольно уверенная улыбка.

– Чем же, милая? – ласково спросила старушка. – Возможно, у вас есть новая молодая спина для меня?

Она хихикнула, я тоже совершенно искренне улыбнулась, а потом погрустнела. Похоже, ей нездоровится, так стыдно выставлять ее. Но сейчас придет Кристина и мне влетит, что в холле далеко не клиент.

– Вы кого-то ждете? – закинула я удочку.

Бабушка кивнула с пониманием и начала вставать, оперлась на легкую трость.

– Я приходила к внуку, – пояснила она, – а теперь, сиди-не сиди, но нужно идти домой.

Была бы чрезвычайно признательна, если бы вы вывели меня из ваших адских дверей. Пока я держу одну, другая сама вышвыривает меня вон.

Мне нравилось чувство юмора старушки. С ней рядом стало даже на миг теплей. Я позволила взять себя под руку и помогла пожилой даме покинуть отель. Интересно, почему сам внук это не сделал? Вероятно, она просто слукавила и зашла отдохнуть. Стало жалко ее и снова грустно.

– Тяжело вам работается? – внезапно спросила незнакомка. – Только обед, а вы такая уставшая и печальная.

Я вздохнула. Отчего-то чужая женщина напомнила мне мою покойную бабушку, безумно захотелось поделиться своими бедами.

– Мне очень нравится моя работа, – я не врала, – но сегодня меня повысили, а я совсем не рада.

Старушка вскинула брови.

– Вот как? Боишься не справиться?

Она перешла на ты, чем еще больше расположила к себе.

– Не с обязанностями, – я почти всхлипнула, – просто будущий босс славится приставаниями к своим помощницам.

Я не стала называть вещи своими имена в разговоре с человеком преклонных лет.

Однако старушка все же была в полном шоке. Она только беззвучно открывала и закрывала рот. Ну вот, разболталась я! Делу не поможешь, а собеседнице еще вдруг станет плохо. Но бабушка взяла себя в руки и криво улыбнулась.

– Спасибо, дорогая, дальше я сама.

Отделалась от меня и бодро зашагала к воротам. Я усмехнулась, никому не нужны чужие трудности. Еще раз взглянула вслед незнакомке – с ней было все в норме, она уже разговаривала по мобильному.

– Олежек! Да я ушла, сколько можно ждать. Завтра чтобы обязательно заехал ко мне после тренировки! Мне срочно нужно с тобой поговорить!

Как многие старые люди, женщина говорила громко.

Я на автомате послушала обрывок чужой беседы, поежилась и шагнула в двери.

– Привет, мам!

– Здравствуй.

Мама, толком не взглянув на меня, медленно прошла из кухни в гостиную. Я проводила взглядом ее худощавую фигуру – бессменный коричневый халат, тапочки и браслет на щиколотке, к которому я, наверное, никогда не привыкну. Вот уже два года моя мать – домашняя арестантка, обвиняемая в экономическом преступлении.