Недотрога для тирана (СИ)

Скрасил досуг так скрасил.

Первым делом мне выдают кружку с разогретым в микроволновке бульоном.

И даже крошат туда петрушку. Сухариков не дают, но и так уже неплохо.

Если Юдин думает, что я дам ему за суп, то он в жестоком пролете.

Я уже довольно похихикиваю, предвкушая, как обломаю его, но смешок застревает у меня в горле.

Потому что скотский Юдин одним движением берется за шиворот футболки и стаскивает ее, оставаясь в одних джинсах.

Йопть!

Мама.

Кажется, до этого момента Михаил только разминался, и сегодня меня реально ждет суровая битва за неприступность последнего бастиона.

Нахально улыбаясь, он презентует себя со всех сторон, бродя по кухне, то заглядывая в холодильник, чтобы достать продукты, то вынимая какую-то утварь.

Я топлю свой проклятый язык в кружке и помалкиваю, жадно следя перемещениями идеального, твою мать, тела по моей орбите.

Чего пялюсь? Я все разглядела, когда он подтягивался и отжимался. А этот свин просек, что мне все понравилось.

Чего-то жарко.

Особенно жарко от осознания, что это тело намерено меня трахнуть. И не когда-нибудь, а не позднее, чем через час.

Я самовольно сгребаю пульт от кондюка со стола и врубаю посвежее.

Михаил понимающе оглядывается на меня, отрываясь от разделки какого-то мяса.

Блин, я даже не обращаю внимания, что он там делает.

Как развидеть ямочки над ягодицами, жгуты мышц на ребрах, плоский живот с дорожкой волос, убегающей под резинку белых трусов, показавшихся над спущенными джинсами.

Сволочь, готовился, что ли? Даже ремня в джинсах нет. Одно движение и удав на свободе.

Юдин потягивается, вызывая игру всех мускулов, и я пялюсь на напрягшийся пресс, вызывающий у меня непристойные ассоциации и фантазии.

— Ты шо делаешь, Ирод? — сиплю я, не в состоянии оторвать взгляда от этой заманухи.

Трахнет. Как есть трахнет. Отымеет, как котенка!

Надо бежать. Сматываться.

Но задница, посовещавшись с еще одной предательницей, отказывается отлепляться от кухонного гарнитура, к которому я привалилась.

Я беспомощно смотрю, как Михаил подходит ко мне.

— Апперетив, — прижавшись ко мне всем этим горячим, недопустимым, он тянется к верхней полочке, и я практически распластываю по его телу.

Якобы для устойчивости он выставляет ногу вперед, четко вклиниваясь коленом между моих бедер. Сердце подпрыгивает и начинает ходить ходуном.

Вторая рука Юдина проскальзывает у меня подмышкой, задевая нескованную лишним бельем грудь.

У меня перехватывает дыхание.

— Перец, — поясняет Михаил, демонстрируя перечницу, которую выудил из-за моей спины. — Я люблю поострее. Чтобы жгло.

Твою мать!

Глава 30

Аперитив он готовит!

Я уже, блин, пудинг!

— Ты, давай, не отвлекайся, — сглатываю я, ощущая его откровенную эрекцию, которая давит на тоненький заслон моих шортиков.