Недотрога в академии некромантов

Для ближнего — кол. Убить им нежить нельзя, но можно обездвижить. Для этого нужно вогнать кол в сердце и главное… — Каян пристально заглянул мне в глаза. — Главное, не вынимать его, пока не убьёшь тварь заклятьем. Поняла?

— Поняла, — кивнула и облизала губы, выдавая волнение. — Кол вынимать нельзя. Тогда нежить парализована?

— Да, — произнёс некромант, шагнул ко мне и взял мою руку за запястье. — Ну ты же хотела, чтобы я стоял лицом к тебе, терпи теперь.

…слишком близко. Слишком…

Каян завёл мою руку и упёр острие кола себе в грудь. Немного сдвинул влево и произнёс.

— Бить нужно сюда. Но не у всех сердце расположено одинакого, и не у всех тварей оно одного размера. Исключения всё же есть, а всю информацию ты можешь найти в справочнике по классификации.

— Поняла, — шумно сглотнула и убрала кол. Неуютно мне держать его вот так, направленным на сердце Каяна…

— Дай сюда, — потребовал он, протянув руку. Забрал оружие и перекинул в другую руку. Он левша? — Бить нужно резко и чётко, вкладывая силу. Главное, не мешкать. Чуть замешкаешься и тебя, скорее всего, разорвут на куски.

Каян сделал несколько показательных ударов и вернул кол мне.

— Попробуй, — не терпя возражений, велел он.

— Странно, что именно ты мне помогаешь, — усмехнулась, сжимая основание кола.

— Не разговаривай, а делай, — равнодушно бросил он, скрещивая на груди руки.

Подавила вздох и несколько раз ударила так сильно и резко, как только могла.

Каян удовлетворённо кивнул.

— У тебя отличные данные. Для недотроги, — добавил иронично. — С тобой явно занимались. Кто? Адриан?

Странно слышать из уст некроманта знакомое имя дорогого мне человека.

— Да… он нянчился со мной с рождения.

— А родители? — парень не собирался быть тактичным или просто не знает такого слова.

— Почему я должна откровенничать? — невозмутимо выгнула бровь и положила кол на стол.

— Хотя бы потому, что я помогаю, — парировал Каян, всё ещё ожидая ответа.

— Я не просила, — ответила ровно.

— У них не было времени? Или может, ты им неродная?

— Глупое предположение, — раздражение всё же прорезалось. — Родители меня любили, а я их. Но отец был Первым Советником, как тебе наверняка известно, а мать — много времени отдавала благотворительности.

— Что тебе известно и о твоём дяде? — глядя в глаза спросил Каян. Не было в них ни жалости, ни сочувствия, ни каких-либо ещё эмоций. Пустой стеклянный взгляд, который пробирает до костей.

— К чему ты клонишь? — голос прозвучал сипло.

— Он некромант, запечатавший свой дар. Интересно только одно, почему он утаил это от тебя, от своей любимой племянницы.

— Что? — переспросила недоверчиво, посчитав, что мне отказывает слух.