Непокорная невеста

— А где находился королевский двор, когда вы его покинули? — выпалила Джулиана и тут же обругала себя за излишнюю прямолинейность.

Однако мужчина ответил как ни в чем не бывало:

— Как обычно, король путешествует по Франции, переезжая из замка в замок. Он резв и стремителен, как в юности, хотя молодость его уже прошла. Увы, не находится смельчаков, готовых ему это объяснить. Королевские слуги жалуются, но терпят. Генрих надежно держит власть в своих руках. Никто не знает, куда король пожелает отправиться назавтра."

"Просеивая овсяную муку и выбирая из нее камешки, Джулиана прошептала:

— Я вижу, вы неплохо осведомлены о короле, сэр.

— Что вы сказали, миледи?

— Я спросила, какие сухофрукты вы любите. Она сунула руку в кожаный мешок, предусмотрительно завязанный, чтобы в него не забрались мыши.

— Яблоки. После возвращения я все никак не могу досыта наесться добрых английских яблок.

— А разве на том берегу яблоки не растут?

— Не такие, как здесь.

Улыбка его была такой обезоруживающей, что у нее потеплело на сердце. Джулиана бросила в кашу пригоршню сушеных яблочных долек. Запахло так аппетитно, что у нее моментально подвело живот, и Джулиана вспомнила свои давешние опасения по поводу совместной трапезы с дьяволом. Глупости, сказала она себе. Это было помутнение рассудка от голода и страха.

— Я слышала, что королева Элинор вернулась в Англию, — сказала она.

— Это правда, — кивнул мужчина.

— И еще я слышала, что она в ссоре с королем.

— Подобные сплетни распространяются быстрее ветра.

Он взял ложку и помешал кашу. Джулиана ждала, не скажет ли он чего-нибудь еще, а мужчина все помешивал и помешивал.

— Генрих — дурак, — внезапно заявил он.

Джулиана изумленно воскликнула:

— Вы слишком дерзко отзываетесь о государе!

— Я служу Генриху, он мой король, но это не означает, что я не вправе обругать его, когда он глупо себя ведет. — Мужчина скривился. — Разве вы никогда не ругали своего отца или мужа?

— Мои отец и муж не владели всей Англией и половиной Франции, — парировала Джулиана. Взяв каравай хлеба, она огляделась по сторонам:

— А где нож?

Мужчина забрал у нее хлеб, быстро ответив:

— Нет уж, нож останется у меня.

Она вспомнила, как вчера пыталась проломить ему голову, и, смутившись, принялась расставлять тарелки, а мужчина тем временем нарезал хлеб и нанизал ломти на ветку.

Держа ветку над пламенем, он сказал:

— Ни ваш отец, ни ваш муж не обладали такой властью. Генрих способен многое создать и многое разрушить. Еще чуть-чуть, и Генрих мог бы объединить все свои владения в единое государство. Представляете? Все земли, доставшиеся ему от отца, матери и жены. А что делает Генрих? Он заводит любовницу и портит отношения с королевой, с гордой Элинор.