Непокорная невеста

— Но ведь вы подозревали его, миледи, — стала утешать ее Валеска. — Помните, как вы стали меня о нем расспрашивать? Я еле-еле вывернулась.

— Правда-правда, миледи, — подхватила Дагна. — Зря вы так уж убиваетесь. Посмотрите, сколько хитрых и коварных людей морочили вам голову.

Обе старухи стали гримасничать, явно вызывая огонь на себя, однако Джулиана была не расположена шутить.

— Нет, во всем виновата только я. Как могла я поверить этому лжецу? Вы же ни в чем не виновны — вы верой и правдой служили своему господину.

Старухи расстроились, а Валеска проскрипела:

— Нет, миледи, он не такой плохой, как вы думаете.

Он заботится о нас, двух несчастных старухах. Посмотрите, какой он славный!

— Правда-правда, миледи, — сладким голосом пропела Дагна. — Мы родом из чужих краев, у нас нет здесь ни родных, ни близких, а лорд Раймонд кормит нас и держит за членов семьи. Подумайте, миледи. Вы такая добрая, такая красивая. Вам нужен муж, который обогреет ваше ложе, защитит вас, вы нарожаете с ним детишек. Можете объехать хоть весь свет, такого завидного жениха, как наш Раймонд, не найдете. Вы только взгляните на него.

Но Джулиана не желала на него смотреть.

Даже теперь, когда она убедилась в том, какой он низкий обманщик, этот человек все еще имел над ней странную власть.

— Простите меня, Джулиана. — Раймонд взял ее за руку.

Она взглянула на Хью, но тот совершенно обмяк, от недавней ярости не осталось и следа. Барон уныло смотрел себе под ноги, вид у него был несчастный и заброшенный.

— Да не на него смотрите, а на Раймонда, — сказала Валеска.

Но Джулиана перевела взгляд на Феликса. Почему-то он уже не внушал ей такого страха, как прежде.

— Смотрите на Раймонда, миледи, — настаивала Дагна.

Джулиана взглянула на сэра Джозефа. Тот был бледен, лишь на впалых щеках играл багровый румянец. Наконец-то старый негодяй нашел себе нового врага — графа Авраше. Однако во взгляде сэра Джозефа читалось явное опасение, и Джулиана подумала, что с Раймондом этому интригану не справиться.

С Раймондом вообще справиться невозможно.

— Да смотрите же на Раймонда, миледи, — хором воскликнули старухи.

Джулиана наконец послушалась их. И тут же была околдована его злыми чарами. Он был такой красивый, такой мужественный. Наверное, так же соблазнительно выглядел змей из райского сада.

Джулиана забыла и обиду, и унижение, забыла, что любовь — это глупость и безрассудство. Мужчины — как дети, такие же безответственные и беспомощные, но в отличие от детей они опасны. Однако Джулиана в этот миг помнила лишь о том, что любовь может сулить блаженство. Взгляд Раймонда обещал ей награду, ради которой она готова была пойти на все.

— Ну вот, миледи, — прошептала Валеска ей на ухо. — Вы нам нарожаете чудесных ребятишек, а мы будем с ними нянчиться.