Неприятности в старшей школе

– Это у вас бизнес такой – покупать маленьких девочек, Ролланд?

На его лице появляется напряжение. Он засовывает руку в карман и достает какую-то бумажку. Он приподнимает ее, но не протягивает мне, словно дразня меня.

– Мне нужно кое о чем тебе рассказать.

– И о чем же?

– Через минуту. Сначала ты должна дать мне слово, что не расскажешь моим сыновьям.

Я резко отодвигаюсь.

– Нет, черт побери.

– Это единственный вариант."

"– Это плохой вариант. – Я поднимаю руки с барной стойки и иду к двери, но он преграждает мне дорогу.

– Боюсь, сейчас мы все лишены возможности выбирать, чего хотим, а чего нет, – говорит он.

Я фыркаю и обхожу его, отталкивая плечом.

– Ваше исследование оказалось провальным, если вы хоть на минуту решили, что сможете вот так манипулировать мной. К какому бы ее поведению вы ни привыкли, не ожидайте того же самого и от меня. Люди вокруг могут видеть в вас одного человека, я же вижу другого. Я предана вашим сыновьям, но вам я ничего не должна. Я не собираюсь делать для вас никаких скидок. Мне пофигу, какой фамилией вы прикрываетесь, притворяясь, будто она ваша. – Я окидываю его взглядом, а потом смотрю ему прямо в глаза. – Я надеюсь, что вы проведете какое-то время со своими мальчиками, мистер Брейшо, по-настоящему. И вы быстро поймете, что они не терпят лжи. Даже если она ваша. Вы хотели воспитать бесстрашных, сильных, решительных мужчин? Так вот они. – Я пожимаю плечами. – Время покажет, было ли ваше решение верным.

– Я еще не закончил говорить.

– Ну, зато я закончила слушать.

Выражение его лица остается непроницаемым, когда я поворачиваюсь и выхожу из дома, не закрывая дверь, чтобы он услышал слова, которые, я знаю, произнесет Мэддок.

– Все в порядке? – спрашивает он.

Я киваю.

– Просто еще один день из жизни богатых и безумных, в переплетениях всякой фигни.

– И что это значит? – зыркает на меня Мэддок.

– Очевидно, у вашего папочки есть секрет, и он не хочет, чтобы я поделилась им с вами.

Каждый мускул на их лицах напрягается.

Я через плечо оглядываюсь на потрясенного Ролланда, подошедшего ближе к двери.

– Идите на хрен со своими ультиматумами. Пусть она у вас в кармане, но меня вы никогда не заполучите.

Я сдвигаю брови, когда его губы раздвигаются в улыбке и он начинает аплодировать.

Он, мать его, аплодирует.

У меня отвисает челюсть.

– Спасибо, Рэйвен.

– За что?

– За то, что именно такая, какой они тебя считают. Они доверили тебе все, что у них есть, и, кажется, они были правы.

– Это что, тест, о котором вы все сговорились? – я оборачиваюсь и впериваю взгляд в парней.

– Нет, нет, – снова обращается ко мне Ролланд, качая головой. – Я сказал им, что не уверен, можно ли тебе доверять, но они тут же бросились тебя защищать.