Неродная сестра мажора

— Где ты вечно пропадаешь? Или Кир теперь занимает все твое время?

Чувствую укол совести, потому что так оно и есть. Мы не можем оторваться друг от друга, что и странно, и захватывающе. Я чувствую себя на седьмом небе от счастья и не хочу с ним расставаться даже на ночь. Личное пространство? Оно перестало для нас существовать и мы в нем больше не нуждаемся. Теперь у нас с Киром одно пространство на двоих и менять что-то нет никакого желания.

Бросив свою сумку на кресло, подхожу и сажусь рядом с отцом на диван, беря его за руку и кладя голову на сильное плечо. Если подумать, мы и правда редко общаемся теперь. Я прямо сейчас начинаю скучать по нему, хоть он и рядом."

"— Прости, пап. Просто с тех пор, как началась учеба, у меня все меньше времени на общение, а теперь еще приходится разрываться между его друзьями и моими. Такое ощущение, что часов в сутках стало меньше.

— А собираться всем вместе не судьба? — словно это очевидное решение, спрашивает папа.

— Ты ничего не понимаешь, — вздыхаю я. — Мои друзья такие же, как я. Простые в смысле. А друзей Кира ты знаешь. Они старше, популярнее, у них совершенно другие интересы. Наши компании несовместимы друг с другом, если только кто-то не устроит вечеринку на толпу народа, куда может затесаться любой.

— Да уж, куда мне понять нынешнюю молодежь, — со смешком вздыхает папа, щипая меня за щеку, как маленькую. — Но ты мне зубы не заговаривай, Ася. Комендантский час соблюдай и для разнообразия, сидите с Киром у нас, а не у него. Его я вижу даже реже, чем тебя, хоть он и приходит исправно в офис поработать.

Да, он ходит. Эти два часа в день, что Кир проводит, готовясь занять свой пост в компании после выпуска, я провожу либо учась, либо занимаясь домашними делами. К тому времени, как папа возвращается с работы, меня уже нет дома, так что видимся мы только за завтраком. И с ним, и с Верой, с которой у нас негласное разделение домашних обязанностей.

— Я скажу ему, — отвечаю папе, заранее зная, как Кир «обрадуется» перспективе проводить время у нас, учитывая, что мы практически не вылезаем из постели, а в доме отца нам едва ли разрешен даже глубокий поцелуй.

Уверена, папа в курсе, что мы не только за ручки держимся, но его строгих правил это не отменяет. Он живет по принципу «если я этого не вижу, то этого нет» и я понимаю, почему. Мне тоже не хочется представлять, что там у них происходит с Верой за закрытыми дверьми спальни. Б-р-р-р!

— Что вы тут делаете в темноте? — как раз раздается ее голос из коридора, прежде чем она нажимает на выключатель, сонно щурясь на пороге и зевая.

Я невольно отмечаю, как мило она делает даже это. Вера само воплощение женственности и изящества, что не перестает меня восхищать.