Несознательный 2

И скажите пожалуйста, зачем к ним надо было присоединять трех конструкторов из КБ? Ведь решать проблемы предстояло чисто производственного характера. Нет, это уже определенно диверсия. А я ведь планировал еще улучшить технологию изготовления лопаток турбины двигателя, но стоило мне об этом заикнуться, как получил очередную отповедь от Добрынина.

— Молодой человек, — выговаривал он мне, — займитесь своей основной работой, поиск новых технологий получения жаростойких лопаток не наша задача, этим должны заниматься профильные заведения. И кстати, посмотрел я чертежи ваших новых моторов, не пришло еще время двухвальной схемы двигателей, они слишком сложны для производства, так что основные усилия надо сосредоточить на совершенствовании одновальной конструкции.

Мне осталось только пожать плечами, в таком случае КБ в прежнем составе не нужен, мы ориентировались на разработку новых конструкций двигателей, а тут речь идет о постепенной модернизации уже спроектированных. К тому же, новый руководитель высказал мысль, что новыми технологиями КБ заниматься не должен. С одной стороны все это верно, но с другой, никто другой этим в настоящее время заниматься не может, ведь все то, что сейчас используется на производстве взято от Вычислителя, а проводить научные изыскания и долго, и дорого.

Накрылся и проект промышленного рентгеновского спектрометра, хоть на две трети прибор был сделан, пришлось все консервировать и заталкивать подальше на полку до лучших времен. Ну а в первых числах июняв Иркутск начали прибывать специалисты из Рыбинска, так называемые соратники главного конструктора и меня уже через неделю перевели на должность обычного конструктора, даже должность ведущего решили не оставлять. Жаловаться смысла не имело, наверняка все это делалось с разрешения руководства НКАП, видимо Хрунов попал в опалу, ну и я заодно, как его протеже. А самое смешное, что во все этой суматохе даже не потрудились дать мне задание на разработку хоть какой-нибудь самой простой конструкции, так сказать не определили фронт работ. Ну что же, этого и следовало ожидать, и раз так, то я начал процедуру перевода в КБ Калинина на авиационныйзавод, там найдется применение моим талантам, вернее таланты не мои, а моей железяки, но об этом тс-с-с.

На оформление перевода ушло почти две недели, это Добрынин вдруг решил меня тормознуть, даже вызвал на доверительную беседу, видимо почувствовал, что перегнул с волевым решением. Однако разговор не получился, я просто включил дурака, мол, обиделся на такое к себе отношение.

— Молодой человек, — пытался вразумить меня Владимир Алексеевич, — вам просто повезло, что удалось с первого раза попасть в параметры двигателя.