Неудержимый. Книга XXXVII

— Посмотрим, сколько ты сможешь выдержать… — усмехнулся я, и, резко оттолкнувшись ногами, рванул вперёд, ускоряясь с каждым шагом.

— Храаааррх! — в ответ взревел вожак, поднимая дубину так, будто собирался разнести меня в лепёшку одним ударом. Он бросился навстречу, и вся его стая притихла, напряжённо наблюдая за схваткой.

Через пару секунд мы сошлись в ближнем бою. Огромная дубина свистнула в воздухе, разрывая пространство, где я только что находился. На этот раз я не использовал никакой изнанки или невидимости — всё проще. Я задействовал сразу все дары «скорости» и «усиления», какие у меня имелись. Должен же я был их проверить.

Сначала сработали новые звериные дары, усилив мои истинные параметры в несколько раз. А потом поверх них включились обычные усиления. Накладываясь друг на друга, они делали меня ещё сильнее.

Я ушёл из-под удара, огибая монстра справа и, прежде чем он успел что-либо понять, вогнал ему вбок клинок. Жалеть не стал, с силой провернув его внутри, разрывая плоть и органы, а потом резко выдернул. Сразу же после укола, я переместился к нему за спину.

Удар вожака оказался сокрушительным. Дубина врезалась в ледяной пол с такой мощью, что гул отозвался во всех отнорках. Огромные ледяные глыбы подпрыгнули на месте, а с потолка сорвалась каменная крошка, хлынув мелкой пылью.

— Храаааа! — пронзительный рёв чудовища потряс весь зал. Его голос был настолько силён, что у меня в ушах зазвенело. Громадное тело, раз в десять превышающее моё, выгнулось дугой.

Резко схватившись за бок, громадина пошатнулась и со стоном опёрлась на свою ледяную дубину. Удивительно, но даже после такого удара она не раскололась. Ни единого намёка на паутину трещин, словно его вообще невозможно было разрушить. Я невольно задержал на ней взгляд. Чем дольше смотрел, тем сильнее зрела мысль, что мне самому такая штука могла бы пригодиться. А что? Запульнуть ею во врага или же с размаху садануть по военному катеру — эффект гарантирован.

Тем временем мой клинок едва заметно потускнел и начал выпускать гораздо меньше багровой дымки. Значит, сработал как положено. Я представил, как жгучая боль полыхала внутри тела твари.

Вожак больше и не пытался бросаться на меня. Он крутился на месте, тяжело хрипя и вытирая морду плечом, словно это могло избавить его от разрывающей тело боли.

— Нет, приятель, — произнёс я довольным голосом, — так просто эту боль уже не унять.

Появившись у него сбоку, я одним резким взмахом полоснул клинком по руке, державшей дубину. Лезвие с хрустом разрубило плоть, и фонтан крови брызнул на пол.

— Храа-а-аа! — взревел вожак, так что стены задрожали. Его вой перешёл в пронзительный визг, от которого даже мелкие демонята в отнорках в ужасе попятились.

Даже теневые клоны не понадобились.