Неверная

Возможно, именно в них он даже видит спасение нашего брака. Ведь для женщины дети – это самое важное. Как правило.

Но на примере своей матери я увидела совсем другое. Когда талантливая женщина не в силах реализоваться, когда у нее отобран талант. Пусть даже это был холодный зимний воздух, который ослабил связки и забрал возможность петь. Любовь может превратиться в равнодушие и озлобленность. За ее нереализованность я расплачивалась вечным недовольством собой, как дочерью.

Сложно быть никем после успеха.

Она любила отца, но отравленной, извращенной любовью. Скандалы, депрессии, попытки суицида, одна из которых, в конце концов, удалась.

Вот что сделала с ней потеря голоса. Это же ждет и меня. И ребенка, который у меня может родиться. Я такая же нестабильная, такая же зависимая от своего таланта.

И без него я ничто.

До дома мы ехали в машине молча. В квартире я быстро переоделась и отправилась за чашкой кофе, чая сегодня было слишком много.

– Я смотрю, вы с Латифой подружились, – Ренат подошел ко мне, пока я ставила чашку в кофеварку, и обнял со спины, – проводите время вместе.

– Нет, – я тихонько выбрала режим эспрессо и нажала на кнопку.

После минутного шума чашка наполнилась, и я сняла ее с подставки.

– Почему? – Ренат отстранился и сел за стол.

– Мне с ней скучно, – я поставила кофе на стол и втянула запах, – она милая, конечно. Но все ее разговоры о детях и готовке, это утомляет.

– У нас тоже будут дети.

– Нет, – начинаю нервно постукивать ступней по полу.

– Почему нет? Вы же собирались с Тимофеем завести ребенка. Думаешь, я буду плохим отцом?

– Дело не в тебе, Ренат, – я устало откланяюсь на спинку стула и тру виски, – мы с Тимофеем собирались завести детей лет через десять минимум.

Зачем мне ребенок в двадцать один год?

– Латифе двадцать два и у нее уже двое.

– Это ее жизнь и ее выбор. Хотя, тут я сомневаюсь, – усмехаюсь.

Подозреваю, у нее никто особенно и не спрашивал, хочет ли она рожать в свои восемнадцать-девятнадцать. Даже заставлять не надо, наверное, тут все общество построено на определенных убеждениях в поведении женщины в браке. Латифа, скорее всего, считает себя самой счастливой и состоявшейся.

– Мы так долго ждать не будем, я хочу ребенка в ближайшие несколько лет.

– Я не буду рожать, Ренат. Мне ребенок не нужен сейчас.

– Я хочу нормальную семью, и ты мне ее дашь, – он зло ударяет кулаком по столу.

– Знаешь что, – поднимаю и опираюсь ладонями о стол, – только попробуй меня заставить, я себе аборт ножницами сделаю, ты меня понял? – мои кулаки сжимаются на лакированной поверхности и скребут ее ногтями.

Никто не будет распоряжаться моим телом.

– Что ты такое говоришь? – Ренат сжимает голову руками. Его голос трескается от боли.

– Что слышал.