Невеста для Азата

Так зачем танцевать и подстраиваться? Он решил взять меня, несмотря на все грязные мысли на мой счет, несмотря на то, что хотел чистую… Значит, и характер мой стерпит. И сопротивление. А не стерпит… Ну и не надо. Может, отпустит…

— Да, глупая, — Азат все же опять усмехается, — ты захочешь. Ты уже хочешь. Просто не знаешь об этом.

— С ума сошел… — поднимаю руки, упираюсь ладонями в широченные плечи. Не отталкивая. Все равно с места не сдвину, но хоть сопротивление обозначу…

— Да, — соглашается он просто, — сошел. Иначе бы… Отправил тебя к родителям, несмотря на то, что ты — Перозова.

— Отправь… — надежда опять призрачной бабочкой возникает передо мной.

Отправь, ну что ты думаешь? Тебе же чистая нужна! Отправь! А я сумею затеряться, только бы границу пересечь…

В этот момент все мои сомнения о том, где я возьму деньги, на что буду жить, как посмотрю в глаза родителям, вообще все, что до приезда сюда, на родину, волновало не на шутку, кажется настолько пустой блажью! Особенно, если сравнивать с моим нынешним положением. Все же, все познается в сравнении.

В Стокгольме я опасалась многих вещей, не осознавая, насколько была свободна.

А сейчас у меня ничего нет. И кажется, что, получи я вожделенную свободу, все остальное сумею сделать! Всего сумею достичь! Главное, вырваться из этих жутких лап!

— Нет, — убивает он мою бабочку-надежду один коротким словом, — теперь нет.

— Почему? Тебе же чистая… А я… — все еще пытаюсь достучаться до него, не веря в то, что все пропало окончательно.

— Плевать… После свадьбы калым назад затребую. А тебя себе оставлю. Первой женой не быть тебе, конечно, но второй — можно.

Меня начинает трясти от ярости и безысходности, а Азат, этот монстр жестокий, решив, видно, что все разговоры завершены, наклоняется, полностью лишая возможности дышать хоть чем-то, кроме его дурманящего запаха, и присасывается к бешено пульсирующей жилке у основания шеи. Это так больно, что я вскрикиваю, бью его по плечам, невольно шире распахивая ноги, стараясь упереть пятки в жесткие, словно каменные бедра.

Азат не обращает внимания на мое сопротивление, задирает платье чуть ли не до макушки, рывком спускается ниже, и я, ослепшая из-за того, что на лице моем — плотный подол одежды, ощущаю, как горячие губы касаются живота! Это настолько интимно, настолько жутко, что я даже кричать не могу, только шепчу сбивчиво:

— Прекрати, прекрати… Слышишь? Перестань… Ай…

В этот момент из головы пропадают все мысли. Вообще все. Полностью. Только ощущения остаются.

Его губ, танцующих вокруг моего пупка, его рук, уверенно раздвигающих ноги… Его пальцев.

Там. Прямо там.