Невеста для гея

После заседания Женя вышел довольный, с горящими глазами. Мне казалось, ещё немного – и он бросится меня обнимать."

"– Ты чувствуешь, как колотится сердце у тебя в груди? Это адреналин. Это не победа, мы только осторожно заявили о себе и прощупали их. Теперь нам нужно сделать необходимые запросы и подготовить документы.

В офисе мы часа три стояли у огромных копиров и откопировали, наверное, тонну бумаги. Я покачала головой:

– Здесь мы это не разберем, поехали ко мне.

– К вам домой? – Женю эта перспектива не радовала, может, он подозревал, что я на самом деле суккуб, жаждущий его тела и его жизненной силы.

Как бы там ни было, его мнение не учитывалось, и мы минут через двадцать уже тащили каждый по два огромных пакета с копиями документов на улицу, где нас ждало такси.

Возле моего подъезда сидели на скамейках бабушки, несмотря на то, что март выдался довольно холодным. На моё приветствие старушки почти в унисон ответили:

– Здравствуй, Томочка.

Женя наклонился к моему уху и вполголоса спросил:

– А почему они не крестятся?

Да, мальчик, видимо, освоился.

– Потому что я весь дом держу в страхе и требую, чтобы меня приветствовали именно так, – также вполголоса ответила я.

Мы поднялись на лифте на пятый этаж, где была моя квартира. Квартиру Женя не оценил, ему не понравилось отсутствие милых девичьих штучек, картин, плюшевых мишек и прочей ерунды. И в самом деле, у меня не было ничего подобного, даже магнитиков на холодильник. Только всё самое необходимое, без чего нельзя обойтись.

Без малейшего промедления мы принялись за работу, не трудную, но нудную. Нужно было собрать разрозненные листы в целые многостраничные документы, прошить их при помощи шила, а потом разделить на шесть одинаковых стопок. Вся комната была завалена копиями, и я думаю, что Женя понял, почему у нас бы не получилось всё это сделать в нашем кабинете.

За окном уже стемнело, когда копии были аккуратно сложены в шесть стопочек. За целый день мы ничего не ели, и теперь мы вдвоём испытывали просто адский голод. Мы с Женей молчали, но наши животы без стеснения переговаривались друг с другом недовольным урчанием.

Я позвала Женю на кухню, где распахнула дверцу навесного шкафчика, и Женя увидел штабеля разносортных бич-пакетов:

– Выбирай: с говядиной, с курицей, с грибами – всё, что твоей душе угодно!

Женя скривил губы:

– Я такое не ем.

– А я ем. У меня, кроме этой дряни, ничего нет.

Несмотря на его отказ, я всё равно проявила должное гостеприимство и запарила две тарелки лапши с курицей.

Женя нехотя придвинул тарелку к себе и начал есть.

– Ешь-ешь! Что может быть вкуснее ароматизаторов, красителей и лапши на пальмовом масле, сдобренных глутаматом натрия!

– А почему вы не готовите нормальную еду?

Я пожала плечами:

– Не умею и не хочу.