Невеста клана

Якоб улыбнулся мне и легонько пожал руку, передавая спокойствие. Свёкор раздулся от гордости и выставил грудь колесом, словно именно он был главным ткачом.

- Мы старались, дедушка! – сказала я, осторожно и недоверчиво отреагировав на эту неожиданную похвалу.

- Плохо старались милочка – хмыкнул дед и мне сразу полегчало – на столичный рынок рановато нам ещё, ой, рановато… а вот в провинции, так и быть, продадим. Если постараемся.

Я закивала головой – мы будем очень стараться. Тем более что мне ещё нужно расплачиваться с дедом, который вложил свои деньги. И за меня в том числе. Маркас, видя мою маету, побродил по возводящемуся зданию, засунул свой нос туда, куда счёл нужным.

- То, что догадались и скопировали станок – дело хорошее, конечно. Дело быстрее пойдёт. И то, что отбеливаете и красите шерсть в такие яркие цвета – тоже неплохо. Только, что если те рабочие, которые занимаются всё тем же окрашиванием, расскажут за два кошеля о вашей работе?

Даниэль гордо поднял голову.

- Прошу не беспокоиться об этом, милорд! Каждый рабочий будет предупреждён об ответственности и в любой момент может лишиться и работы, и жилья! Они живут на земле клана и будут подчиняться тому, что скажем мы.

- Поздно ты спохватился, отец! – рассмеялся Якоб – Я лично слышал, как Брайд, горничная Полины, сообщала ткачам о том, что Полли ищет возможности опробовать крючок. И в красках описывала это страшное оружие. Поэтому вряд ли мы найдём людей, которые променяют ежеминутную выгоду на собственную жизнь. А в то, что угроза реальна – поверили все и сразу. Достаточно тех историй, которые шёпотом рассказывали в кузне и столярной мастерской о моей жене прибывающим колонистам.

Я немного покраснела. Надо же, как неудобно получилось. А я всего-то просила Брайд пообщаться с рабочими по-своему, по-свойски, так сказать. И намекнуть, что стоит держать язык за зубами. Тогда и у них всегда будет работа, и оплачиваться она станет вполне достойно.

На это заявление дед только недоверчиво хмыкнул, но в его взгляде промелькнуло невольное уважение.

- Всё это, конечно, неплохо… - задала я давно мучивший меня вопрос – но как быть со сбытом готовой продукции? Один ковёр у нас уже купил Даниэль, но сейчас готово ещё два. И я не думаю, что стоит их выставлять на тракте в торговые дни.

Дед закатил глаза, поражаясь моей тупости, но всё же соизволил снизойти до того, чтобы мне ответить:

- Арнийские ковры не продаются на рынках, милочка! Это очень дорогое удовольствие, они заказываются заблаговременно и привозятся с далёкого Востока! Оттого и такая стоимость.

Я хотела сказать, что себестоимость наших, «дейтонских подделок», в несколько раз ниже, но не стала перебивать полёт мысли деда.