Невеста на замену

 — Как вас зовут?"

"Рыженький назвался Кирсти, блондинчик с локонами до лопаток — Эльни, а Рейти — смуглый малыш с ежиком черных волос, торчавших в разные стороны. Последний показался мне каким-то знакомым, будто я уже видела где-то эти широкие скулы и упрямый подбородок с ямочкой… Понимание окатило, как ведро холодной воды: да это же сын Брейна! Один из… интересно, сколько их еще по деревне бегает?

— А я Эли, — представилась я малышам.

— Нира?.. — вопросительно протянул Эльни.

— Нет, просто Эли. Эйслит, — позвала я кухарку, показавшуюся во дворе с охапкой зелени, — у нас на обед будут гости.

Ты не против?

Она пожала плечами и, прищурившись, осмотрела моих новых знакомых.

— Да я-то не против. А вас, ребятки, родители не потеряют? Вы бы сказали им, где ходите.

— Нет, мамка знает, что мы пошли по грибы, — ответил черненький. Он был самым старшим и, похоже, заводилой — весь в папочку! — Мы хотели только одним глазком взглянуть на сида.

— О! — воскликнула я. — Грибы — хорошее дело. Берите меня с собой, я тоже хочу грибы на обед!

Эйслит только головой покачала, но не стала мне препятствовать.

Лишь попросила долго не ходить и держаться рядом с детьми: они, мол, если что, опасность почуют и помогут уйти. Звери, все-таки, наполовину, и инстинкт выживания в них сильнее, чем у взрослых.

Глава 21

В моей комнате так и лежала одежда, одолженная Арлет еще в мой первый визит. Переодевшись в простое льняное платье, больше напоминающее свободную ночную рубашку, и затянув на поясе нечто вроде поневы с яркой цветочной вышивкой по краям, я заплела волосы в одну косу и стала похожа на девушку-вера. Правда, ни ушки мои, ни тейтры никуда не делись, но со спины я вполне могла сойти за местную.

Одолжила у кухарки плетеное лукошко, набила его свежими булочками и всунула самому старшему из мальчишек флягу с компотом. Теперь можно было идти хоть за тридевять земель — и мы дружной компанией отправились на поиски приключений.

Приключения не заставили себя ждать, начавшись почти у самого порога. Едва мы показались на улице, как меня буквально обступила толпа местных фанатов. С непередаваемым благоговением и восхищением на лицах они пытались целовать мне руки или подол платья, падали на колени и протягивали детей, прося их благословить.

Я сначала опешила, потом испугалась. Я же не Мессия, чтобы устраивать такой ажиотаж вокруг моей персоны.

Растерянно оглядываясь, я попятилась и уткнулась спиной в забор, совершенно не зная, что делать.

— О, нира, — взвыла какая-то женщина с кудрявым младенцем на руках, — благословите моего сыночка!

— Позвольте коснуться вашей одежды, — просил незнакомый седой вер, протягивая трясущуюся руку.