Беременная от моего сына

Я только и могу, что кивнуть под заинтересованный взгляд его красивой спутницы. С этого момента время идёт неумолимо быстро. Повар быстро выполняет заказ, я приношу его за столик Артура и возвращаюсь назад на кухню. Вскоре стрелки часов указывают на то, что моя рабочая смена окончена, но я продолжаю сидеть на скамейке и чего-то ждать.

— Время вышло, Морозова, — произносит Олеся Максимовна, когда заходит на кухню. — Или ты к скамейке приросла?

— Уже ухожу, — произношу беззвучно и поднимаюсь с места.

Подхожу к зеркалу, снимаю с себя передник, распускаю по плечам длинные волнистые волосы. Достаю из сумочки гигиеническую помаду и критически смотрю на себя в зеркало. Слишком бледная и безликая, чтобы кому-то понравится. На мне почти никогда нет косметики — не потому, что я ратую за естественность, нет. Банально — я не умею ею пользоваться, хотя Аня и пыталась меня научить, но так же быстро плюнула на это гиблое дело.

Напялив на себя почти не застегивающуюся куртку и шапку, выхожу на улицу и замечаю у автомобиля Артура. Он стоит один — его спутница уже уехала или ушла, неважно. Отец Макса смотрит на меня серьезно и даже сурово. Чёрные густые брови хмурятся, когда я иду к нему ближе и ближе. Снег подо мною звучно хрустит, а на лицо падают снежинки.

Артур недовольно поджимает губы в тонкую линию, когда расстояние между нами сокращается до двух метров.

— У тебя есть планы на сегодняшний вечер? — спрашивает он.

Я удивленно смотрю на него снизу-вверх и отмечаю про себя, что он выше меня почти на голову. Под его взглядом будто прирастаю к земле. Высокий, широкоплечий и статный. От него за версту пахнет уверенностью и мужественностью.

— У меня нет планов на вечер, — произношу как есть и впервые жалею о том, что совершенно не умею врать.

— В таком случае мы отправляемся с тобой за покупками, Настя. Куртка тебе явно мала, — он кивает на мой живот под натянутой донельзя верхней одеждой. — А варежки и шапка, уж прости, больше похожи на одеяние первоклассника, а не взрослой девушки.

Несмотря на то, что он говорит абсолютно серьезно, я улыбаюсь. Он прав — вязанный комплект бабуля связала мне ещё в седьмом классе — варежки, шапку и широкий шарф и я никак не осмеливалась с ним расстаться.

— Но они мне нравятся, — пытаюсь протестовать.

И тут Артур впервые мне улыбается. Уголки его губ ползут немного вверх, а под глазами появляются мелкие морщинки, которые его совершенно точно красят.

— Садись, — он открывает дверцу своего автомобиля и подает мне руку, чтобы я забралась в салон. — Уверяю, мы выберем только то, что тебе понравится так же сильно, как этот комплект."

"Я киваю и вкладываю свою руку в его теплую шершавую ладонь.