Невеста со скальпелем 1

Я спокойно повернулась спиной, и на глаза легла мягкая ткань. Я почувствовала, как Ирсен осторожно затягивает узел, стараясь на не потянуть за выбившиеся из причёски волоски. Свет сквозь повязку не пробивался, Ирсен завязал на совесть, но я не беспокоилась.

Ирсен крепок взял меня за руку и повёл, заранее предупреждая о поворотах и лестницах. Из всего я поняла, что мы спускаемся то ли на нижние этажи, то ли вообще в подземелья. Больше всего мне запомнилась крутая винтовая лестница. Ирсен крепко поддерживал меня под локоть, страховал, и, хотя я не могла видеть, не могла ориентироваться, я как никогда чувствовала себя в безопасности.

Лестница кончилась, и под ноги вновь стелился пологий пол. У меня не было ни малейшего представления, идём мы по залу, или по коридору, только отметила, что воздух стал прохладнее и суше, а ещё в нём ощущалась безжизненность, словно уличный воздух никогда не добирался до помещений, по которым мы шли.

— Мили, пригнись.

Вот теперь мы точно попали в тесный ход. Пришлось пригнуться, чтобы не цеплять головой потолок, вдвоём идти не получалось, Ирсен придерживал меня со спины, но я всё равно касалась стен то правым, то левым плечом. Пол отчётливо пошёл под уклоном.

— Почти пришли, — заверил Ирсен.

Мы остановились, и за спиной что-то лязгнуло. Я предположила, что Ирсен закрыл вход.

Его пальцы пробежали по моему затылку, узел ослаб, и повязка соскользнула.

Ирсен привёл меня… к бассейну.

Рассеянный свет шёл от неподвижной воды. Мы стояли в огромной рукотворной пещере, и свод терялся где-то в тёмной вышине. Оглянувшись, я не увидела входа.

— Необычно.

Слишком мрачно, чтобы назвать место красивым.

Ирсен хмыкнул:

— Это не картина, чтобы любоваться. Неужели не чувствуешь?

Я задумалась.

Щекотно?

— Коронный дворец был построен именно здесь не случайно. В древние времена, ещё до того, как было создано наше королевство, здесь располагался легендарный Поющий храм.

— Я читала, — обрадовалась я, услышав хоть что-то знакомое, но тотчас смутилась своего порыва. — Извини.

— Тогда ты знаешь, почему храм называли Поющим?

— Из-за главной святыни. Четыре гигантских амфоры издавали звук, похожий на пение, и любой, кто осмеливался прислушаться к плачу слишком долго, погибал.

— Мили, знаешь, что такое резонанс?

— Да.

— Амфоры усиливают и фокусируют идущий из-под земли гул. Откуда он берётся, точно никто не знает. Мнения расходятся, а проводить полноценные исследования запретил ещё первый царос, опасаясь, что, докапываясь до истины, исследователи повредят амфоры. «Пение» действительно убивает, но магам смерти оно наоборот будет полезно, если простоять в круге не дольше ста ударов сердца.

— Ты хочешь…

— Да, Мили. Твои способности возрастут многократно.