Невеста тирана (СИ)

Она заметила и другие, едва зарубцевавшиеся розовые шрамы. Какие-то бледнее, какие-то ярче. Но в сравнении со свежими все они казались обычными крошечными царапинами, хоть кое-где и виднелись следы шитья. Она не выдержала:

— Откуда все эти раны?

Фацио лишь стиснул зубы. Наверняка каждое касание доставляло ему невероятную боль.

— Ответьте мне! Откуда эти раны?

— Это не важно…

Джулия понимала, что спрашивать бесполезно — не ответит. Она больше не делала попыток что-то выпытать. К счастью, Фацио прекрасно знал содержимое лекарской сумки, как и последовательность, с которой нужно применять снадобья. Судя по количеству шрамов, процедура повторялась многократно. И единственный, кто, вероятно, мог ее проделывать — Дженарро.

Джулия довольно быстро обработала раны, теперь оставалось лишь зашить. Рука ходила ходуном, когда она прокаливала большую гнутую иглу на пламени свечи. Потом Джулия долго стояла, не в силах решиться. Она уже один раз сменила повязку Дженарро и видела, как Мерригар зашил его рану — отдельными стежками, завязанными на узел. Предстояло сделать то же самое. Она глохла от страха, перед глазами плыло от слез. Больше всего на свете она боялась сделать что-то не так.

Фацио видел ее нерешительность. Лишь стиснул зубы:

— Шей, как сможешь… Ну же!

Она с трудом осознавала, как шила. Зажмуривалась перед каждым стежком, потому что не могла втыкать иглу в живую плоть. Но дело шло. Лишь сердце сжималось, когда Фацио шипел сквозь стиснутые зубы и судорожно комкал в кулаках покрывало. Наконец, Джулия смазала швы белой жидкостью из склянки, наложила повязки. И отлегло от сердца — дело сделано."

"Фацио вновь поймал ее руку, поднес к губам. Молча, слабо. Его глаза покраснели, помутнели. Джулия промокнула его лоб:

— Спите, вам нужно отдохнуть. Я проверю повязку Дженарро и вернусь.

Она чувствовала себя опустошенной. Сегодняшний день мог запросто вместить половину жизни. Ужасную половину. Джулия уже не думала о приличиях, лишь о том, что валилась с ног. Она вернулась от Дженарро, оставив на месте лекарскую сумку, затушила свечи и легла, не раздеваясь, на широкую кровать Фацио с другой стороны. И уснула еще до того, как ее голова коснулась подушки.

А утро наступило так скоро, будто кто-то просто щелкнул пальцами. Кошмарное утро…

Глава 48

Джулия не помнила, чтобы когда-нибудь так болело все тело. Каждая частичка, кончик каждого пальца. Казалось, ее разобрали на части, как шарнирную куклу. И забыли вновь соединить детали, разбросали так, что эти части перестали составлять одно целое. Из незакрытых ставнями окон лился мутный утренний свет. Еще призрачный и серо-лиловый. Вместе с ним в покои заползала прохлада с особенным запахом свежей морской остроты. Ощутимая и наверняка губительная для раненого.