Невеста тирана (СИ)

Так что я? Болен?

Джулия едва заметно кивнула.

— И вы, как водится, прониклись состраданием?

В его устах это прозвучало каким-то ужасающим обвинением.

— А вы разве не слышали, что сказала моя мать?

Джулия вновь заливалась краской. Щеки отчаянно шпарило. Хотелось взять все свои слова обратно, но это было невозможно. Она лишь опустила голову еще ниже:

— Слышала… Но я подумала, что сеньора… преувеличивает.

Соврано усмехнулся:

— Ни словом. Темный дар не дает шанса ни болезни, ни клинку.

Его пальцы коснулись ее подбородка, вынуждая поднять голову, смотреть в лицо:

— Видите, как напрасны ваши переживания? Но мне они приятны.

Джулия лишь отводила взгляд, мечтая провалиться от стыда. Оставалось только свести разговор в глупую практическую плоскость:

— Разве так бывает?

— Как?

— Чтобы ни болезнь, ни клинок? Яд тоже бессилен?

Лицо Фацио мгновенно помрачнело, будто над ним нависла грозовая тень. Пальцы до боли сжались на подбородке. Он смотрел через прищур и, казалось, этот взгляд может убить:

— А вы задумали отравить будущего мужа? Или измышляете иные способы?

Джулия отстранилась, полыхая от негодования, сотворила знак, отгоняющий беду:

— Господь с вами! Разве можно о таком даже помыслить? Простите, что оскорбила вас неуместной заботой! Прощайте!

Она резко развернулась и побежала к лестнице, давясь подступившими слезами. Стыд! Какой стыд! Как такое могло прийти ему в голову?!

Фацио нагнал ее в считанные мгновения, ухватил за руку повыше локтя:

— Разве я разрешал вам уйти?

Джулия дернулась:

— Пустите!

Она слепла от слез. Сердце болезненно колотилось.

— Не пущу.

Она обреченно обмякла и почти повисла на его руке:

— Я прошу вас…

Фацио неожиданно нежно тронул ее мокрую щеку, провел пальцами:

— Я обидел тебя.

Джулия молчала. Застыла, потерялась в пространстве. Это было странно — стоять так близко. Странно, что он так касался ее щеки. Странно, что это говорил. Она покачала головой и услышала, как он хмыкнул:

— Снова врешь…

Она стояла, опустив голову, и лишь тихонько хлюпала носом. Фацио отстранился, убрал руку:

— Тогда ты хотела о чем-то просить. О чем?

Джулия едва ли слышала, глохла от биения собственного сердца. Фацио вновь тронул ее подбородок, поднимая голову:

— О чем ты хотела просить?

Она медлила. Едва ли сейчас был подходящий момент. Впрочем, другого момента может и вовсе не быть. Она сглотнула, утерла пальцами щеки:

— Я хотела просить о возможности писать сестре. У меня сердце разрывается от неизвестности. Я должна знать, что происходит дома.

Соврано какое-то время молчал, поджав губы. Наконец, покачал головой:

— Недопустимо. Открытая переписка может скомпрометировать.

Джулия поникла. Если здраво рассудить — Фацио прав. Она и не ждала другого ответа.