Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

– Хотел вас догнать, – глаза Маркеля остановились на руке Себастина, которая всё ещё лежала на плече Амалии, и помрачнели. – Розали посетовала, что не уследила за Амалией, когда та собиралась на прогулку. Вот-вот может начаться гроза, а она одета слишком легко – только костюм для конных прогулок. Я привёз ей плащ.

– Гроза? – Себастин, усмехнувшись, поднял глаза вверх, где на голубом небе не было видно ни облачка.

– Осенняя погода так переменчива, – в тон ему ответил Маркель.

Он подъехал поближе к Амалии, оттесняя лошадь Себастина, и бережно укутал в плащ.

– Вам холодно? – серые глаза взглянули обеспокоено. – Вы дрожите.

Только теперь Амалия осознала, что действительно замёрзла и её немного знобит. В горле неприятно скребло. Она закашляла.

– Вы простудились? – Маркель, начал помогать Амалии продевать руки в рукава плаща. Аккуратно, как ребёнку.

– Да, мне немного нездоровится, – Амалия почему-то улыбнулась. Ей была приятна забота Маркеля.

– Нужно вернуться во дворец, – укоризненно посмотрел он на брата.

Старший принц возражать не стал.

Себастин дожидался отчёта Матье о состоянии Амалии в своём кабинете. Вместе с Маркелем. Брат не хотел идти к себе, пока не услышит вердикт доктора.

– Это простуда. Не вижу повода для серьёзного беспокойства, – успокоил Матье. – Я прописал снадобье от кашля и боли в горле. Пару дней – и недуг пройдёт.

Доктор удалился, а Маркель нет. Он перестал мерить кабинет шагами. Сел в кресло напротив.

– Есть разговор, – сказал мрачно.

Себастин почувствовал, что разговор намечается непростой. И даже догадывался, о ком пойдёт речь.

– О чём вы беседовали на прогулке? – начал брат с вопроса. – Почему ты позволил себе вольности?

Вольности? Это Маркель о невинном дружеском похлопывании Амалии по плечу?

– Странно слышать упрёк о вольностях от тебя, – усмехнулся Себастин. – Мы разговаривали о певчих птицах.

– И только?

– Нет, – принц выдержал тяжёлый взгляд брата. – Я сказал Амалии, что она лучше других подходит на роль моей невесты.

Глаза Маркеля почернели. Пальцы сжали подлокотники так, что, казалось, резное дерево не выдержит натиска.

– Давай начистоту, – рвано выдохнул он. – Ты ведь не испытываешь к ней никаких чувств. Неужели всерьёз собрался сделать своей невестой?!

– Ты не первый, кто говорит мне про чувства. Я не могу на них полагаться. Я выбираю не просто невесту – будущую королеву.

– Ты выбираешь не просто королеву, ты выбираешь женщину, с которой проведёшь всю жизнь, с кем будешь делить ложе, с кем будешь просыпаться по утрам… – брат говорил запальчиво, всё больше повышая голос. Если он хотел сделать больно, то добился цели. Себастину было больно, что не может позволить себе быть собой даже когда речь о выборе невесты.