Невинна и опасна, или Отбор для недотроги

Но я хотел наказать мальчишку. Я устал от его любовных похождений, от его занятий сомнительными науками. Он уже достаточно взрослый – пора научиться ответственности.

– Не слишком ли ты к нему строг? – Ролейна мягко улыбнулась. – Вспомни себя. Сам был молодым.

В том-то и дело, что король помнил. Слишком хорошо помнил, чем для него самого чуть не закончилась любовь к опасным магическим экспериментам. Модесту было примерно столько же, сколько сейчас Маркелю. Он считал, что ему под силу всё. Полагал, что сможет сделать даже то, что считается невозможным – снять проклятие с пустынных колодцев, сделать долину, где они расположены, безопасной для путешествий.

Модест испробовал десятки способов. Один из них показался ему надёжным – использовать силу заговорённых камней. Однажды он осмелился пересечь долину. Заговорённый камень, брошенный в воду, действительно заставил ядовитое марево рассеяться. Но Модесту удалось добраться лишь до середины долины. Колодцы снова начали клубиться парами. Он отчаянно скакал вперёд, но ему и его верному скакуну становилось всё хуже. Конь потерял сознание первым. А следом и Модест.

Он так навсегда и остался бы в этой проклятой долине, если бы не Луиза, мать Амалии.

Она спасла его. Этот случай протрезвил Модеста. Заставил забыть об опасных экспериментах. Заставил осознать, что король не волен распоряжаться своей жизнью. Что он в ответе за королевство и за семью.

– Мне кажется, отправить Маркеля в ссылку – не лучший способ научить ответственности, – вновь вступилась за сына Ролейна. – Чтобы научить нашего мальчика ответственности, не лучше ли, назначить его ответственным за кого-то?

– Ты, как всегда, очень мудра, – Модест вернулся к винограду и сыру.

– Такая идея тоже приходила мне в голову. Я пригласил на осенний праздник Амалию. Помнишь её? Беззащитное создание, нуждающееся в опеке. Вот пусть наш повеса её и опекает.

– Амалия… – королева задумалась, – …это дочь Луизы? Той госпожи, что спасла тебя, когда ты чуть не утонул?

– Да.

Модест не рассказывал супруге, от чего на самом деле спасла его Луиза. Не хотел ещё сильнее напугать, да и Луиза просила не говорить никому о том, что произошло в долине проклятых пустынных колодцев. Хотя ничего конкретного Модест и так бы не смог поведать.

Когда он пришёл в себя, то был уже за пределами долины, в безопасности. Он не знал, как Луизе удалось его спасти. У него остались только смутные ощущения, то ли сон, то ли явь – её узкая ладонь на его лбу и слова, произнесённые тихим шёпотом, ласкающие ухо, но непонятные. Он дал клятву, что никому никогда не расскажет о случившемся – и выполняет обещание.

– Девочка воспитывалась в тихом провинциальном пансионе. Не будет ли ей неуютно в шумном столичном обществе? – забеспокоилась королева.