Невинность в расплату

Только он способен утолить эту дикую жажду. Вдохнуть жизнь. Вернуть мне саму себя.

Стону и прикусываю губы, когда он отпускает мой рот.

Мне мало. Мне так мало! Мне нужно еще!

Но он спускается губами ниже.

Обхватывает каждый миллиметр моего тела. По шее. По груди. По выпирающим ребрам и по животу.

Втягивая кожу губами. Прикусывая. Тут же зализывая и снова жадно втягивая. Покрывая меня всю. Собой.

И каждое его касание оставляет следы сильнее, чем тот огонь. Они горят. Горят у меня внутри. Горят настоящим пламенем! Которого уже не погасить. Никогда ничем не вытравить!

— Бадрид…

Приподнимаюсь на подушке, расширенными глазами глядя, как он рывком раздвигает мои бедра, продолжая неистово опускаться поцелуями вниз.

Пытаюсь остановить, но он только придавливает мои распахнутые бедра сильнее к кровати

С жадным рычанием втягивает до помутнения рассудка пульсирующую плоть клитора.

Всасывает в себя, продолжая руками накрывать мои груди.

Выкручивая заострившиеся до боли соски.

Хрипло выдыхая прямо мне внутрь. Опаляя нежную, такую сочащуюся влагой, дрожащую под его губами плоть горячим дыханием.

И по всему телу проносятся дикие вспышки.

Позвоночник выкручивает, заставляя меня изгибаться в спине почти пополам.

Забываю о стыде. Обо всем забываю, распахиваясь перед ним еще сильнее.

Со стоном, с криком впиваюсь зубами в свои дрожащие губы.

А он продолжает терзать. Так же голодно, бешено, дико, как и когда накидывался на мои губы.

Опускается ниже, скользя прижатым шершавым языком по моим складочкам. Втягивая в себя. Ударами тока проводя по нежной плоти самым кончиком языка.

Заставляя меня забывать собствнное имя. Задыхаться. Орать.

— Мари, — хрипло выдыхает прямо мне внутрь. — Я люблю тебя, Мари. Я весь твой. Весь. До самой смерти. И даже за ее гранью. Твой!

Вбивается языком мне в лоно, прижимая дергающий клитор руками.

И я не выдерживаю. Ору. Ору, изгибаясь так, как тело изгибаться неспособно.

Ору, выкрикивая его имя. Со вспышками перед глазами.

А он не останавливается. Продолжает толкаться языком, высасывая из меня брызнувшую влагу.

Поднимаясь выше. Снова прикусывая истерзанный трепещущий узелок клитора.

Отодвигаясь, чтобы чуть подуть на него, и снова втягивая в себя со всей мощью. Вгрызаясь. Даря запредельное наслаждение, которое бьет по всем оголенным нервам, заставляя меня снова и снова подскакивать на постели.

Метаться. Глухо стонать. Закусывать губы и снова и снова до хрипоты орать его имя.

Прижимает все между ног руками, поднимаясь выше. К животу. К груди.

Прикусывая и зализывая ноющие соски.

Покрывая шею. Оставляя на ней свои отметки. Клеймя. Подчиняя. Сводя с ума.

Его лицо оказывается над моим, и меня снова бьет током, когда я вижу этот дикой блеск в его глазах.

Он накрывает мокрыми губами мой рот.