Невинность в расплату

Совершенно запредельный!

А я после той первой страшной ночи была уверена, что секс — это боль и унижение.

Но нет.

Это не секс, — понимаю, чувствуя, как снова вспыхиваю.

Это мужчина. Бадрид.

Только он. Только он способен так довести до края. До бездны. В которую сваливаешься. Так заставить гореть.

И…

Он не ушел сразу, понимаю, глядя на примятую постель со второй стороны.

Он остался. Он здесь спал!

Сердце начинает биться так часто, что обхватываю грудь руками.

Он. Спал. Со мной. В одной постели!

После всего того, что сделала моя семья!

И ласкал.

Боже, как он меня ласкал!

Как сокровище.

Как по-настоящему любимую женщину. С такой дикой ненасытной страстью!

Пальцы на ногах поджимаются.

С губ сам по себе слетает блаженный стон.

Вся комната, все вокруг до сих пор пропитана его запахом.

Сильным. Терпким. Таким по-настоящему мужским.

С легкой дымкой крепкого алкоголя.

Что для меня значит эта ночь? Эти безумные, безудержные ласки?

Конечно, он никогда не возьмет меня в жены. Никогда. Ни второй, ни третьей, никакой.

Алекса замарала наше имя. Она его просто уничтожила. Будущего нет.

Но…

Я вспоминаю, как он на меня смотрел и сердце снова дергается.

Если так будет каждую ночь…

Если он будет со мной… Хотя бы так…

Я согласна.

Нет!

Я была бы счастлива.

Потому что…

Пора признать себе самой.

Я люблю его. Люблю!

С той самой первой встречи!

И…

Если бы он не был женихом Алексы, я поняла бы это сразу! И не сопротивлялась своим чувствам!

Боже!

Какой он!

Только вспоминаю каждое его прикосновение, и тело дрожит, как натянутая струна!

И хочется большего!"

"Просто обнять его, засыпая. Позволить себе проводить рукой по его коже. По лицу. По крепкой груди, в которую он впечатывал меня, как в камень. И за которой так надежно, что хочется спрятаться от всего остального мира.

Говорить. Просто встречать его после трудного долгого дня.

В его библиотеке. Или пусть даже в этой комнатушке. Просто слушать, как прошел его день.

С ним хочется всего.

И пусть он был жесток с самого начала.

Даже, возможно, жесток к моему телу.

Он был в своем праве. За такое он мог бы избить меня кнутом и вышвырнуть голой на улицу. Истерзать. Отдать своим людям на потеху.

Он мог убить. Всех нас. Всю семью.

Не мне его судить за то, что было с ним впервые.

И он…

Теперь он подарил мне настоящее блаженство!

Подарил рай, о котором я даже помыслить не могла!

— Бадрид… — шепчу, чувствуя, как на лице расцветает блаженная улыбка.

Еда пахнет так, что урчит в животе.

Но вместо нее я тянусь за его подушкой.

Обхватываю руками, поднося к лицу. Шумно, как он, вдыхаю его сводящий с ума запах.

Уже ночь.

Он придет?

Я буду ждать…

Уже ночь!

Вскакиваю, выныривая из новой полудремы.