Чужестранка

Я встретила лишь одного караульного, но избежала опасности, притаившись за углом и тесно прижавшись к стене.

Добравшись до западного крыла, я уже не сомневалась, что нахожусь там, где надо. В коридор выходили три большие двери, в каждой из них проделано небольшое зарешеченное окошко, но разглядеть внутренность камеры в такое окошко было почти невозможно.

Я подошла наудачу к средней камере. Ключи на кольце не имели бирок, но были разной величины. Я выбрала три самых больших и начала подбирать подходящий. Им, разумеется, оказался третий по счету. Я перевела дух, когда замок щелкнул, вытерла о платье потные руки и отворила дверь.

С неистовой поспешностью я пробиралась через скопище вонючих мужских тел, наступая на руки и на ноги лежащим и отталкивая стоящих, которые с доводившей меня до бешенства вялостью уступали мне дорогу. В конце концов узники осознали мое появление; те, кто спал в грязи на полу, приподымались, садились, по камере пошел невнятный гул голосов. Некоторые из заключенных были прикованы к стене, их цепи звенели и гремели в полумраке. Я уцепилась за одного из стоящих на ногах — клансмена в рваном желто-зеленом тартане. Рука у него была до того исхудалая, что кожа пристала к костям: англичане явно экономили на кормежке для узников.

— Джеймс Фрэзер! Высокий, рыжий. Он в этой камере? Где он?

Он уже двигался к дверям вслед за теми, кто не был прикован, но все же остановился и взглянул на меня. Все в камере уже разобрались, что к чему, и теперь почти бесшумно, с негромким шорохом и шепотом, утекали за дверь.

— Кто? Фрэзер? Они увели его нынче утром.

Мужчина стряхнул мою руку со своей, но я ухватила его за пояс и удержала на месте.

— Куда его увели? Кто его забрал?

— Куда — не знаю, а увел его капитан Рэндолл, змей остромордый.

Он высвободился от меня нетерпеливым рывком и метнулся к выходу.

Рэндолл. На мгновение я оцепенела; со всех сторон меня толкали устремившиеся к выходу из камеры мужчины, глухие к крикам тех, кто был прикован. Но я вскоре вышла из ступора и попробовала обдумать положение. Джорди наблюдал за тюрьмой с самого рассвета. Никто не покидал здания, если не считать кухонной обслуги, отправившейся за пополнением припасов. Значит, они оба еще где-то здесь, поблизости.

Рэндолл — капитан, человека выше него чином нет в гарнизоне, если не считать сэра Флетчера. Стало быть, он имеет возможность обеспечить себе в замке такое место, где мог бы без помех пытать заключенных.

А пытки, разумеется, были. Человек, с которым я имела дело в Форт-Уильяме, обладал кошачьей натурой. Отказаться поиграть именно с этой мышью, попавшей к нему в лапы, он был бы так же не в состоянии, как изменить свой рост или цвет глаз.