Нежный плут

Давай лучше выпьем по стаканчику, старик.

Они вошли в док несколько часов назад. Джорджина еще утром собрала дорожные чемоданы Джеймса, но он до сих пор не сказал ей, что намеревается оставить ее на его плантации. Джеймс хотел потрясти ее величием своего островного дома, а затем, вечером, за ужином из деликатесов Ямайки, – при свечах, разумеется, – он собирался просить ее быть его возлюбленной.

Конни пересек комнату, остановился около письменного стола и стал смотреть в окно, откуда открывался хороший вид на американское судно и ту суматоху, какая происходила около него.

Приготовления к плаванию – известное дело…

– Что-то она мне кажется знакомой… А?

– Может, один из трофеев Ястреба?

Конни заулыбался.

– А что? Я бы не удивился.

– В таком случае и жалеть не стоит, что уходит.

– Почему? – спросил Конни. – «Принцесса Анна» никогда не плавала под своим собственным названием. И вообще, с каких это пор ты перестал приветствовать маленькиерадости? Вроде обвинения тебя в пиратстве, когда это практически недоказуемо? Ты отказался от возможности немножко порезвиться на море…

– У меня есть на это причина, – напомнил ему Джеймс: он не хотел подвергать риску свою малышку Джорджи ради каких-то нескольких часов увлекательной авантюры.

– И, наконец, я не хочу лишних беспокойств в данный момент.

Конни отвернулся от окна, чтобы взять свой стакан, внимательно посмотрел на Джеймса и сказал:

– Ты выглядишь самодовольным. Имеешь на это какие-нибудь уважительные основания?

– Ты видишь перед собой человека, который вот-вот примет на себя обязательство нести тяжкое бремя.

Я решил подержать какое-то время Джорджи около себя. Только, прошу тебя, не надо делать больших глаз!

– Интересно, как это не делать? У меня именно «большие глаза», и на это есть серьезная причина! Последняя женщина, с которой ты отправился в плавание… Как, бишь, ее звали?

Джеймс наморщил лоб.

– Эстель или Стелла… Какая тебе-то разница?

– Ты тоже тогда решил подержать ее какое-то время около себя.

Ты даже позволил ей украсить каюту какими-то совершенно идиотскими предметами!

– Вот этими, что ли? А знаешь, я постепенно привык к такой мебели, и она мне даже начала нравиться.

– Ты нарочно уклоняешься от темы. А я тебе напомню! Тебе было так приятно возиться с той девчонкой! Пылинки с нее сдувал! Великодушничал! До отвращения! Ну и что? Не прошло и недели в море, как ты поворотил оглобли и привел судно в тот порт, где ты ее подцепил.