Нежное безумие

Вместо того чтобы пойти в душ, почистить зубы или отлить, я отправился прямиком в ее комнату, чтобы разбудить ее оргазмом и засунуть свое лицо ей между ног, но обнаружил, что ее там больше нет.

Куча чемоданов у ее двери исчезла, как и сама девушка. Единственное, что она оставила после себя, были новая, безобразная стена, подвеска с морским камушком, которую я ей подарил, и ржавое железное сердце, превращенное в человеческое, которое ей как-то удавалось разбивать тысячи раз, снова и снова, до такой степени, что я все еще не уверен, как оно вообще бьется.

– Он был… он разозлился. Потерял терпение и ударил по стене.

– По бетонной стене? – спрашивает врач. Он долбаный маляр или что? Почему его волнует стена?

Виа кивает. Я все еще ненавижу ее, но дома больше никого не было, кто смог бы меня доставить в больницу. Уверен, что я не смог бы вести машину со своей рукой, сейчас я понимаю, что несколько пальцев сломаны, так как они свисают вниз. Идеально. На следующий день после последней игры сезона.

Врач говорит, объясняя, что делать дальше. Я сижу на белой кровати в белой комнате в больнице, которая больше похожа на отель, и даже не пытаюсь делать вид, что слушаю его. Мои мысли витают вокруг дома, в который надо вернуться. В дом, который опустел без нее.

Двенадцать часов спустя меня выписали, рука похожа на перчатку для бокса. Мы останавливаемся около особняка Фоллоуилов, я не хочу идти внутрь. Но так же я не хочу выглядеть нытиком, который не может справиться с тем, что его девушка больше его не хочет.

В ту минуту, когда мы вошли, Мелоди бежит к нам. Ее лицо выглядит так же, как и моя рука несколько часов назад, – красное и распухшее."

"– Где вы были? – Она смотрит на нас с обвинением. Очевидно, что она только что вернулась с аэропорта, значит, уже все.

Отлично, глазастик. Просто идеально. Смотри, как я рву все свои футболки и готовлюсь к тому, чтобы ходить без них всю оставшуюся жизнь.

Я слишком устал от лжи и секретов, поэтому просто прохожу мимо нее к холодильнику и достаю охлажденный чай здоровой рукой.

– Когда я обнаружил, что ваша дочь ушла, хотя обещала этого не делать, я немного покреативил в управлении гневом. Другие новости – вам надо отремонтировать стену в гараже.

– Пенн. – Она бежит ко мне, качая головой. Виа отступает в свою комнату, продолжая смотреть на нас с широко открытыми глазами. Она прекрасно знает, что я лучше признаюсь в своих чувствах, когда она рядом. Это дерьмо между нами будет гораздо труднее исправить, чем стену.

Как только Виа уходит, Мел обнимает меня. И я позволяю ей сделать это, потому что Дарья частично в ее ДНК, а я нуждаюсь в наказании. Я все еще ощущаю запах ее дочери на одежде, что не имеет никакого смысла. Уверен, что она не обнимала маму, чтобы попрощаться.