Нежное безумие

Кошелек висит на цепочке, а сам он жует сигарету, которую не собирается курить. Я знаю, что он бросил; слышала разговор Мелоди, которая купила ему пластыри и огромную книгу «Как бросить курить». Он разговаривает с официанткой, которая принимает их заказ.

На бейдже виднеется имя «Адриана».

Адриана. Не имя ли это той девушки, существование которой я отрицала?

– Они все еще обижаются из-за проигрыша? – хихикнула Эсме, потягивая милкшейк. Блис листает Инстаграм итальянского художника, у которого летом был Воун, и я знаю зачем – там есть его фото. У него самого нет страниц в социальных сетях, и не будет.

– Не знаю, пофиг, – фыркнул Гас. Да, инстинкты по поводу минного поля меня не подвели. Не хочу очередной ссоры с Пенном. Сохранять нейтралитет лучше, чем разжигать его ненависть по отношению ко мне. Пламя его ненависти сжигает все вокруг, когда направлено на меня.

– Скалли тоже там. – Эсме поднимает телефон и делает фото Пенна и Адрианы, когда та смеется, принимая его заказ. – Лови, Блис. Посылаю тебе на память. Кстати, ты все еще типа беременна?

– Заткнись, стерва.

Блис становится до жути бледной. Маркс, умоляю, пусть она будет не беременна. Это как ледяной осколок, все глубже утопающий в моем сердце.

– Не грусти, девочка. Ты отомстишь этому жеребцу, когда через пять лет он будет чистить твой бассейн, – зевает Алиша, осматривая розовые ногти. Гас шумно втягивает коктейль:

– Какое отношение Скалли имеет к Блис?

Блис откидывает волосы и смеется, но я вижу, что она чуть не плачет, и почти начинаю жалеть ее.

– Может, я забрала его к себе домой после драки. Он был лучшим, после Воуна."

"Лучшим, после.

Гас вскидывает голову, смеется и бьет по столу.

– У Пенна Скалли с Адрианой все серьезно. Это золотая пара Лас-Хунтас. Уже вот в течение двух лет. Дура. У них есть совместный ребенок даже. Поздравляю, Би. Ты официально стала очередной женщиной на минуту.

Совместный ребенок.

Я давлюсь коктейлем, разливая часть на стол и пытаясь убрать, пока никто не видит. Гас с такой уверенностью рассказал эту новость, будто знает все в подробностях. Я оглянулась на Пенна и официантку: она облокотилась на его столик, шепчет что-то ему в ухо, он поднимает большой палец и игриво гладит ее по носу. Он даже не замечает меня – или просто делает вид, – теперь слишком поздно строить из себя милашку. Халк внутри меня растет с ужасающей скоростью, и я знаю, что сейчас взорвусь.

Он целовал меня.

Он касался меня.

Он даже принимал душ со мной.

Я видела его член. Своими собственными глазами. Я касалась его бедрами.

Мы занималась такими вещами, которыми не следует заниматься парню, если у него есть девушка и ребенок.

Я снова бросаю взгляд на них. Адриана смотрит по сторонам, прежде чем сесть на колени к Пенну.