Ничто не вечно

– Я не знаю ни одного художника.

– Узнаете. – Франциска Гордон отпустила руку Хони. – Идите, но возвращайтесь ко мне, – потребовала она.

– Обязательно.

Хони выскочила из палаты.

Хони пришла осмотреть миссис Овенс, новую пациентку – худую женщину, которой на вид можно было дать лет пятьдесят. Но в медицинской карте указывалось, что ей двадцать восемь. У нее был сломан нос, лицо опухло, под глазами синяки.

Хони подошла к ее постели.

– Я доктор Тафт.

Женщина подняла на нее потухшие, ничего не выражающие глаза и ничего не ответила.

– Что с вами случилось?

– Я упала с лестницы.

Когда она открыла рот, Хони заметила отсутствие двух передних зубов. Она заглянула в медицинскую карту.

– Здесь сказано, что у вас сломано два ребра и поврежден таз.

– Да. Неудачно упала.

– А откуда синяки?

– Стукнулась при падении.

– Вы замужем?

– Да.

– А дети есть?

– Двое.

– Чем занимается ваш муж?

– Давайте оставим в покое моего мужа, ладно?

– Боюсь, что не могу согласиться с вами, – возразила Хони. – Это ведь он вас избил, да?

– Никто меня не бил.

– Я сообщу об этом в полицию.

Миссис Овенс внезапно запаниковала.

– Нет! Прошу вас, не надо!

– Почему?

– Он убьет меня! Вы его не знаете!

– А раньше он вас бил?

– Да, но он… не нарочно.

– Почему же вы не уйдете от него?

Миссис Овенс пожала плечами. Это движение вызвало у нее боль.

– Мне с детьми некуда идти.

Хони слушала пациентку, и ее охватывала ярость.

– Но поймите же, так нельзя жить! Есть специальные приюты и агентства, где о вас позаботятся, защитят вас и ваших детей.

Женщина печально покачала головой.

– У меня нет денег. Я работала секретаршей, но потеряла работу, когда он начал… – Она не смогла закончить фразу.

Хони погладила ее по руке.

– Все будет в порядке. Я прослежу, чтобы о вас позаботились.

Через пять минут Хони уже была в кабинете доктора Уоллиса. Он обрадовался ее приходу, гадая про себя, что же она принесла с собой на этот раз. Каждый раз она пользовалась новым средством: теплый мед, горячая вода, жидкий шоколад и – что ему нравилось больше всего – кленовый сироп. Ее изобретательность не знала границ.

– Запри дверь, детка.

– Я не могу остаться, Бен. Мне надо вернуться.

Она рассказала ему о пациентке.

– Ты должна сообщить в полицию, – потребовал Уоллис. – Так предписывает закон.

– Но закон не защитит ее. Послушай, все, что ей нужно, так это уйти от мужа. Она работала секретаршей. Разве ты не говорил, что тебе нужен работник в регистратуру?

– Что ж, да, но… подожди минутку!

– Спасибо, – поблагодарила Хони. – Мы поставим ее на ноги, я найду ей жилье, и у нее будет новая работа!

Уоллис вздохнул.

– Я посмотрю, что можно сделать.

– Не сомневаюсь.

Утром Хони снова навестила миссис Овенс.