Ничто не вечно

Она вошла в палату 422 и замерла на пороге. Пациент с трудом дышал и стонал. Увидев Пейдж, медсестра облегченно вздохнула.

– Я не знаю, что делать, доктор. Я…

Пейдж подлетела к кровати.

– Все будет в порядке, – заверила она больного и пощупала пульс. Пульс бешено прыгал. Нарушена работа митрального клапана. – Успокоительное!

Сестра протянула ей шприц. Пейдж сделала укол в вену и повернулась к сестре:

– Передайте старшей сестре, пусть немедленно собирает операционную бригаду. И вызовите доктора Баркера!

Через пятнадцать минут Келли уже находился на операционном столе. Бригада состояла из двух операционных сестер и двух ординаторов. Мониторы, установленные высоко в углу операционной, показывали число ударов сердца, ЭКГ и кровяное давление.

В операционную вошел анестезиолог, и Пейдж почувствовала досаду. Большинство анестезиологов больницы были опытными врачами, но доктор Герман Кох являлся исключением. Пейдж раньше приходилось работать с ним, и она старалась по возможности избегать этого. Потому что не доверяла ему. Но сейчас у нее не было выбора.

Пейдж наблюдала, как он прилаживает трубку к горлу пациента, а сама развернула антисептическую салфетку с вырезом и поместила ее на грудь больного.

– Вводите иглу в яремную вену, – приказала Пейдж.

Кох кивнул:

– Хорошо.

Один из ординаторов спросил:

– А что с ним?

– Вчера доктор Баркер заменил ему митральный клапан. Думаю, разрыв клапана. – Пейдж посмотрела на доктора Коха: – Он спит?

Кох кивнул:

– Спит, как дома в своей постели.

«Лучше бы ты спал сейчас дома», – подумала Пейдж.

– Что вы применяете?

– Пропофол.

Она кивнула:

– Хорошо."

"Келли подсоединили к аппарату «искусственное сердце и легкое», можно было начинать операцию. Пейдж взглянула на мониторы: пульс 140… насыщение крови кислородом 92 %… кровяное давление 80/60.

– Начинаем.

Один из ординаторов включил музыку. Пейдж шагнула к операционному столу, освещенному лампами общей мощностью 1100 Вт, и повернулась к операционной сестре:

– Пожалуйста, скальпель…

Операция началась.

Пейдж распустила шов, оставшийся от вчерашней операции, а затем сделала разрез от низа шеи до низа грудины. Один из ординаторов промокал в это время кровь марлевыми тампонами.

Пейдж осторожно прошла сквозь слои жира и мышц, ей открылось неустойчиво пульсирующее сердце.

– Вот в чем проблема, – сказала она. – Пробито предсердие. Кровь скапливается вокруг сердца и давит на него. – Она бросила взгляд на монитор. Давление угрожающе снизилось. – Увеличьте приток крови.

Дверь операционной открылась, и в палату вошел доктор Баркер. Он остановился в сторонке, наблюдая за происходящим.

– Доктор Баркер, может быть, вы хотите?.. – предложила Пейдж.

– Это ваша операция.