Ничто не вечно

 – Она повернулась, делая вид, что уходит.

– Постойте! – воскликнула миссис Леви.

Кэт остановилась.

– Да?

– Я, гм… дайте мне подумать минутку, хорошо?

– Разумеется.

Через пятнадцать минут Кэт подошла к доктору Дандасу.

– Можете больше не волноваться за мистера Леви. Его родные с радостью согласились дать кровь.

Случай этот моментально стал легендой и облетел всю больницу. Доктора и медсестры, раньше игнорировавшие Кэт, начали с ней разговаривать.

Через несколько дней Кэт зашла в отдельную палату, где находился Том Леонард – пациент, страдавший язвой желудка. Она застала его за поглощением обильного обеда, доставленного ему из соседнего ресторана.

Кэт подошла к кровати.

– Что вы делаете?

Он поднял взгляд и улыбнулся.

– Решил для разнообразия прилично пообедать. Хотите составить мне компанию? Здесь хватит на двоих.

Кэт нажала кнопку вызова медсестры.

– Да, доктор?

– Уберите отсюда эту еду. Мистеру Леонарду предписана строжайшая диета. Разве вы не читали его медицинскую карту?

– Читала, но он настоял…

– Уберите все, пожалуйста.

– Эй! Минутку! – запротестовал Леонард. – Я не могу есть эту больничную бурду, которой меня пичкают!

– Вы будете есть больничную пищу, если хотите избавиться от язвы. – Кэт посмотрела на медсестру: – Убирайте.

Спустя тридцать минут Кэт вызвали в кабинет начальника больницы.

– Вы хотели меня видеть, доктор Уоллис?

– Да. Садитесь. Том Леонард один из ваших пациентов, не так ли?

– Совершенно верно. Я застала его, когда он сегодня в обед ел бутерброд с горячей копченой говядиной, маринованными огурцами и картофельный салат, все это было обильно сдобрено специями…

– И вы приказали все это убрать.

– Разумеется.

Уолли наклонился вперед в своем кресле.

– Доктор, возможно, вы не знаете, что Том Леонард один из членов попечительского совета больницы. Нам хочется, чтобы он чувствовал себя у нас как дома. Вы поняли меня?

Кэт посмотрела на доктора Уоллиса и решительно заявила:

– Нет, сэр.

Уоллис заморгал глазами.

– Что?

– На мой взгляд, чтобы Том Леонард чувствовал себя как дома, его прежде всего надо вылечить. А он не вылечится, если будет раздирать на части свой желудок.

Бенджамин Уоллис выдавил из себя улыбку.

– Почему бы не предоставить ему самому решать?

Кэт поднялась со стула.

– Потому что я врач. У вас есть еще что-нибудь ко мне?

– Я… гм… нет. Это все.

Кэт покинула его кабинет."

"Бенджамин Уоллис остался сидеть, ошарашенный только что состоявшимся разговором. Ох уж эти женщины-врачи!

* * *Ночью, во время дежурства Кэт, раздался телефонный звонок.

– Доктор Хантер, я думаю, вам надо зайти в палату 320.

– Иду.

Пациентом палаты 320 была миссис Моллой, женщина лет восьмидесяти, больная раком. Шансов на выздоровление у нее было очень мало.