Никто кроме тебя

Я рассчитывала, что Торнтон довезет меня до дома, но у него, вероятно, были другие планы.

Когда квадроцикл въехал в просторный гараж, я спрыгнула и поспешила к зеркалу на стене. Ну надо же? Я снова выгляжу на свои восемнадцать, следов болезни или усталости и в помине нет. А самое важное – глаза. Они совершенно обычные, не болят и не полыхают огнем. Ну, разве что, радужка излишне яркая.

Уаэтт поставил наш транспорт в углу, накрыл чехлом и направился ко мне. Помимо воли я искренне улыбнулась ему. Я была ему по-настоящему благодарна в тот момент.

– Я понимаю, насколько глупым мог показаться тебе мой рассказ об Иннатах. И чтобы развеять все твои сомнения, хочу предложить еще одну ночную авантюру.

Растянув губы в обаятельной белозубой улыбке, он взял меня за руку и повел наверх, в дом. Я не возражала, ведь совершенно точно – мы тут были не одни.

В особняке нашего мэра я была впервые. Прихожая и гостиная тонули в темноте. Тишина стояла такая, будто дом был пуст. Ни одна ступенька добротной деревянной лестницы не скрипнула, пока мы крадучись поднимались наверх.

Просторная комната, в которую меня привёл Уаэтт, была чем-то средним между библиотекой и гостиной. Две стены занимали высоченные стеллажи с книгами. Посреди помещения, смотрящий на широкую плазменную панель на стене, стоял обитый светлой клетчатой тканью диван. У занавешенного плотными шторами окна – низкий столик и два глубоких английских кресла, по бокам которых расположились одинаковые высокие торшеры на резных ножках. Они-то и освещали сейчас это небольшое пространство.

Торнтон, без всяких церемоний, вроде «может чайку», подвел меня к дивану, а сам направился к книжным полкам.

– Мой род, как и твой, существовал на Шотландском высокогорье с незапамятных времен, – начал он свой рассказ, попутно просматривая корешки старинных изданий.

Какие-то кланы сосуществовали в мире, какие-то враждовали. Но три клана Иннатов – Торнтоны, Брауны и Фрэйзеры, на протяжении столетий были тесно связаны между собой многочисленными межклановыми браками, и всегда держались вместе, наступая на всякого противника единым фронтом.

Так, вероятно, и продолжалось бы до наших дней, но на пути к благополучию и процветанию встал непобедимый враг – церковь.

Я согласно кивала:

– Бабушка рассказывала, что в те годы по нашей земле прокатилась волна религиозных репрессий. Неугодных власти и церкви людей обвиняли в колдовстве направо и налево. Ересь приравнивалась к государственной измене…

– Да. Торнтонов и Браунов объявили вне закона и преследовали по всей Шотландии. Многие погибли, но кое-кому удалось уцелеть. Покинув Британские острова, мои предки добрались до тихоокеанского побережья Северной Америки и обосновались здесь, на Гриншеттере.