Никто кроме тебя

Я его тебе ввёл, но должного эффекта всё не было. Ты продолжала мучиться. И я избавил тебя от боли. Забрал её себе.

Он осторожно обхватил обожжённое запястье, и легонько потёр большим пальцем сквозь бинт. Моё сердце пропустило несколько ударов, и я не удержалась от шумного вздоха. Так он, оказывается, способен сострадать?

– Покажи мне, – нерешительно прошептала я, кивнув на наши руки.

То, что последовало дальше, оказалось для меня неожиданностью.

– Иди ко мне, – также полушепотом позвал он, и потянул меня за руку на себя.

Одну ногу Джордан поставил на подоконник и согнул в колене, освобождая место рядом с собой. Дотянулся до кровати и стащил пару подушек, закинув их себе за спину.

Пребывая в полном замешательстве, я всё же позволила ему себя развернуть и усадить меж раздвинутых бёдер.

– Заодно восстановим твои силы, – пояснил он, хоть я не особенно и противилась.

И в следующую секунду оказалась в кольце мощных рук, прижата спиной к горячей мужской груди. Ничего себе, поворот. Вроде бы всё безобидно и только ради моего спасения, но слишком уж интимно.

Бинт полетел на пол. При таком скудном освещении, что давал огонь в камине, рассмотреть как следует рану было сложно. Но и без того ясно – зрелище тошнотворное. Ничего вроде бы серьёзного, но заживо содранный слой на коже придётся теперь восстанавливать долго. Спасибо, Торнтон, что б ты был здоров. Интересно, кстати, куда Фрейзеры отправили его самолётом? Домой в Дипвуд? Пожалуй, спрашивать сейчас не буду.

Джордан взял моё запястье в свою ладонь, и замер. Его дыхание было ровным, и почти бесшумным.

И вот опять это удивительное ощущение. Но если в прошлый раз я находилась в полубессознательном состоянии, то сейчас могу в полной мере прочувствовать воздействие его исцеляющего дара. Боль, действительно, стала уходить. И через несколько минут исчезла совсем. Но внешне, кажется, ничего не изменилось.

– Я думала, что рука сразу начнет заживать! – разочарованно протянула я. Так хотелось волшебства.

– Твоя рука сразу после повреждения и начала заживать, – ответил он менторским тоном, совсем как мой куратор в колледже. – Еще вчера включились механизмы регенерации. Но теперь дело пойдет быстрее, и утром ты заметишь разницу.

– Спасибо, – пристыдившись, прошептала я. – А тебе было больно?

– Я чувствовал то же, что и ты.

– Это просто невероятно.

– Невероятно, на мой взгляд, то, что ты об этом раньше ничего не знала.

Вот и Торнтон никак не может в это поверить, подумала я. Но вслух его упоминать не стала.

– Я выросла в обычной семье, среди обычных людей. Мне всё еще сложно поверить в существование чего-то сверхъестественного.

– Род МакКиннонов – Иннаты, Оливия. Обычными вас уж точно назвать нельзя.

– Бабуля решила об этом молчать, по какой-то причине.