Ночные шорохи

Высокая худая девочка с круто завитыми темными волосами, забранными над левым ухом в толстый конский хвост, шагала с жеребячьей грацией, абсолютно не соответствовавшей представлению Слоан об избалованной, спесивой, капризной девице. Первые слова Кортни также оказались неожиданными.

— Ведь вы Слоан, верно?

Слоан кивнула, и Кортни протянула руку.

— Просто умирала от желания познакомиться с вами! Я Кортни.

Застигнутая врасплох, Слоан была просто очарована искренностью, лукавой улыбкой и фамильными серебристо-серыми глазами девочки.

— Очень рада, — заверила она, пожимая ладонь Кортни.

— Сначала все так говорят, но потом отчего-то меняют свое мнение.

Слоан часто приходилось иметь дело с тинейджерами, и теперь она безошибочно чувствовала, что, если не найдет подходящего ответа, выкажет непростительное равнодушие к этой забавной девчонке.

— Почему же, Кортни?

— Видите ли, обычно я говорю то, что думаю.

— Нет, дорогая, не поэтому, — мягко поправил Дуглас. — Это потому, что ты вообще не умеешь думать.

Кортни не обратила внимания на упрек и помчалась к ступенькам террасы, вынуждая спутников почти бежать следом.

— Ной тоже счастлив вас видеть, — провозгласила она, подбегая к столу. — Ной, смотри, кого я нашла!

Судя по выражению лица Ноя, он отнюдь не был счастлив, скорее наоборот. Глаза его раздраженно блеснули, однако он поспешно опустил ресницы, отложил газету и учтиво поднялся.

— Доброе утро, Слоан, — приветствовал он с безупречной ледяной корректностью.

— Я устроил ей засаду на пляже, — признался Дуглас, усаживая девушку, — и заманил в ловушку.

Кортни расположилась слева от Слоан, и на террасе тут же появилась женщина с подносом, на котором стояли кофейник и чашки.

— Мы будем завтракать вчетвером, Клодин, — сообщил Дуглас. — Слоан, чего бы вам хотелось?

— Того же, что остальным, — пробормотала Слоан, пытаясь не обращать внимания на явную неприязнь Ноя. Подумать страшно, каким испытанием обернется для нее этот завтрак!

Но тревоги оказались напрасными. Пока Клодин разливала кофе, Кортни без умолку трещала. Наконец, подперев подбородок кулачками, она хитро подмигнула.

— Интересно, каково это — быть единственной женщиной в Палм-Бич, за которой ухлестывают все мужчины семейства Мейтлендов? Кстати, кто вырвался вперед?

Может, она ослышалась?!

— Прости, — недоуменно моргнула Слоан, — я что-то не поняла.

— Кортни, пожалуйста… — начал было Дуглас, но тут же осекся.

— Ной сказал, что вчера вечером его прокатили, — пояснила Кортни.

Дуглас расплылся в широкой улыбке:

— В самом деле?

— Нет, я…

Слоан исподтишка глянула на Ноя, угрожающе взиравшего на невозмутимую Кортни.

— Да-да, именно! — сообщила Кортни отцу. — Ной сам сказал мне сегодня утром.