Ну, какая я - бабуся! Если я ещё...

- Прибавить шагу! Нам надо успеть до первой звезды…Давай бегом! До финиша осталось немного!

- Мальчик, ты что начальником работаешь?

- Нет… Волшебником… Хотя нет… Все же мойдодыром… Ну, тем, что умывальникам начальник и мочалок командир, - хохочет в ответ Илья. - А я в тебе, девочка, не ошибся… Ты с огоньком…

- Тебе сколько лет, мальчик?

- В темноте крымской ночи - это совершенно не важно. Возраст - это лишь метрика в паспорте. Она имеет значение лишь для врачей и ментов. Так что, крошка, в паспорта заглядывать не будем - молодости нет конца.., - весело выкрикивает Илья, выталкивая меня под задницу наверх.

И мы оказываемся на совершенно ровной площадке. И я обалдеваю от красотищи и теряю дар речи, потому что Илья, артистично встав прямо на фоне моря и луны, словно трубадур из мультика “Бременские музыканты” начинает громко и красиво петь, подыгрывая себе на невидимой гитаре:

- А вокруг такая красота, что вовек не снилась нам. И за этой красотой как за стеной хватит места нам с тобой…

Смотрю на него, как восторженная дурочка, и чувствую себя девочкой, которая ожила и снова задышала. Но…

За созерцанием красоты и своими мыслями, я не успеваю никак отреагировать на выступление Ильи. Потому что он, закончив петь, хватает меня в охапку и крутится вместе со мной на месте…

- Ты несносный мальчишка, - выдыхаю, глядя ему в глаза, как только касаюсь ногами земной тверди."

"- Крошка, в жизни так часто бывает и скучно, и грустно, и некому лапу подать, что если не радоваться этой красоте и самому себе не устраивать поводы для веселья и счастья, то нахера тогда жить.., - смеется Илья, вынимая из рюкзака какие-то предметы и комментируя свои действия. - Так-так… На этом мы будем лежать, а это мы будем пить.

Я не смотрю на то, что он делает, потому что любуюсь переливами лунной дорожки, что бежит по морской глади, и наслаждаюсь манящим шелестом волн о берег и завораживающим цоканьем цикад.

- Садись, куколка. Будем, как мишка и йожик сидеть, словно на краю света, и болтать ножками…

Договорив, Илья мягко дергает меня за руку, вынуждая опуститься на тряпицу, которую он постелил.

- Пить правда будем как горнисты из горла. Но… Игристый напиток от этого только вкуснее, - смеется Илья, с хлопком и пеной открывая бутылку. - Дамы вперед…

Смотрю на него и бутылку с сомнением: думаю, может не стоит мне этого делать.

Мою мысль на взлете роняет Илья-искуситель…

- Эми, в жизни так много ограничений, табу и “нельзя”, которые каждый из нас сам себе устанавливает, что зачастую мы не живем, а как канатоходцы ходим по тонкой нити над пропастью своих страхов, - тут же спокойно, но вздыхая, говорит Илья.