Ну, какая я - бабуся! Если я ещё...

Верно? – громко шепчет в мой затылок Илюша и щиплет больно мою правую булку.

Не получив ответа, Муромский резко меня переворачивает на спину, и сам в секунду оказывается сверху надо мной на прямых руках. Знаю это, потому что подглядываю за ним через узенькие щелочки между веками.

– Так… Смотреть мне в глаза и говорить, все как есть. Ты слышишь меня, Эмма Светлая? Я жду твой ответ…

Киваю головой, но глаза не открываю, потому что боюсь.

– Посмотри на меня, женщина, – произносит Илья, чмокая меня в нос и в губы.

Продолжаю молча зажмуриваться.

– Эмка, лучше начинай говорить. Я считаю до трех. Не услышу, трахну тебя в особо извращенной форме…

– Это как? – интересуюсь все еще с закрытыми глазами.

– Это ты узнаешь, если не скажешь мне того, что зудит в твоем мозгу, женщина, – выдыхает мне в губы Илюша и спускается цепочкой поцелуев по подбородку к шее и к груди. – Раз, два и…

– Илья, мы не можем быть вместе, – тараторю и открываю глаза.

Муромец резко поднимает голову вверх и смотрит на меня внимательно озадаченно.

– С хуяли? Ой, извини. Почему? По какой причине? На каком основании? У тебя что кто-то есть? Блядь… Прости… Ты меня ошарашила. У тебя есть мужик? Эми, я жду, – рычит Муромский.

– Нет. У меня никого нет. Но… У тебя есть невеста. И я … Ну, мне… Не могу я так.., – на последней фразе еле сдерживаю слезы.

Понимаю, что если сейчас не сбегу в ванную, то позорно разрыдаюсь."

"– С херали банька то сгорела? Эм, что за чушь, – говорит Илья, перекатывается, садится, дергает меня на себя.

Падаю в его объятия, как сломанная кукла. Утыкаюсь лицом в волосатую грудь Муры и начинаю хлюпать носом.

– Эмма, какая невеста? Ты с какого хобота это взяла? – взяв себя в руки, интересуется Муромский.

– Ты сам сказал в интервью. То есть ответил на вопрос журналиста около суда. В Москве. Ну, что

будешь принимать участие в воспитании детей. Что сыновей любишь и хочешь с ними проводить много времени. А потом тебя спросили про девушку. И ты ответил, что есть и думаешь жениться. И передал ей: дескать, любимая, жди меня, лечу к тебе на крыльях любви! В моем телефоне есть это твое интер…

– Семен Семеныч, чушь какая, – хмыкает Илюша и осыпает мое лицо поцелуями. – Эми, запомни, смишникам и блоггерам я всегда несу всякую хрень. Им, в принципе, правда не нужна. Они и без твоих ответов придумают кучу всего. У меня нет невесты. Вернее, не было…

Илья останавливается на пол фразы, поднимает мое лицо за подбородок вверх.

Я хлюпая носом, размазываю одной рукой слезы по щекам и хлопаю ресницами, чтобы сбросить с них висящие капли.

– Эммочка - сокровище мое, давай я буду твоим Трубадуром, а ты моей Трубадурочкой?! – улыбаясь, произносит Илюша, играя своими очаровательными ямочками. – Ой, подожди.