Ну, какая я - бабуся! Если я ещё...
Просыпаюсь от молодецкого храпа. Поворачиваю голову. Вижу незнакомое лицо.Мажу взглядом по себе. На мне костюм - Евы! На нем - Адама!- О, боги, - вопит голос разума и почему-то вслух. - Я падшая женщина. - Тш-ш-ш…Спи, сладкий падший ангел! - раздается бархатистый баритон. - Не буди лихо, пока оно тихо…На последнем слове на мою грудь падает огромная лапища. И тут же память услужливо подкидывает едкие фразы мужа: “Я не дедушка, а муж бабушки! Дошел до ручки - живу с пенсионеркой! Сплю с бабусей! Да, Эмма, тебе пора тренировать мышцы таза. Тонус уже слабый. Хотя…Кому ты нужна в свои 50-т…” Все это было вчера, а сегодня, глядя на богатыря рядом, в моей голове крутится лишь одна фраза: “Ну, какая я - бабуся…”
Перестаю предавать значение тому, свидетелем чего стала утром в аэропорту.
- Ты?! - на эмоциях восклицает муж. - К-к-ла-ра?! Что за…?! Ты же…
- Я тоже рада тебе, любимый мой! - произношу мягко с придыханием, улыбаюсь нежно и маняще. И тут же…
Немного отведя в сторону ногу, опускаю её с кресла на пол.
В момент этого простого и совершенно естественного движения невзначай демонстрирую полное отсутствие белья.
Глеба накрывает эмоциональный шторм."
"ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧИТАТЬ ЗДЕСЬ
Глава 25
Глава 25
– Ванька, отдай взбивалку, – слышу бас младшего Феди.
– А ты догони меня, мишка Гамми, – подначивает Федюню старший брат.
– Что у них опять случилось? Чего не поделили в этот раз? – фырчит в ухо мой любимый Илюша. – Вот я навесил на тебя заботушки, да, Эммочка?
– Нет, Илюш. Не говори ерунды. С мальчишками не сложно. Они чудесные. Мы отлично ладим. Просто сейчас они пытаются замесить тесто на блины…
Хихикаю, наблюдая со второго этажа за возней двух младших Муромских.
– Мы по тебе очень соскучились. Парни уже на низком старте в ожидании выхода в море на новых яликах. Вчера мы втроем с Павлом ездили в яхтклуб. Ваня и Федя “облизывали” свои кораблики. Знаешь…
– Про парней все знаю… Теперь хочу услышать, как по мне соскучилась моя любимая Эмми. Я жду, – цокает Илюша.
– Опаньки, а у нас кто-то начал страдать ранним склерозом, – смеюсь, поправляя свежие цветы в большой вазе холла второго этажа. – А эро фоточки, которые ты у меня вчера все таки отжал?
– Не-не, трубадурочка, ты не путай холодное со стоячим…
– Ну, и такое бывает, когда горячего давно в руках не держала, – хихикаю, зеркаля тон Илюши.
– Чертовка, ну и зачем ты мне напомнила?.. И от мыслей этих что поднимается.., – хохочет Муромец. – Ну и, Эми, как я теперь на встречу заявлюсь с восстанием. В другой раз поедешь со мной. Жена должна быть при муже. Ясно, мадам Муромская?
– Ясно, мистер Твистер.., - договорить не успеваю, потому что снизу раздаются голоса медвежаток:
– Эми, я первый тесто замесил, – кричит младший.
– Федя-Федя съел медведя, – тут же дразнит его старший. – Я все сделал раньше тебя, только не хотел, чтобы ты нюнился.
– А я тебе…сейчас…в глаз…заеду, – спокойно с акцентом на каждом слове отвечает Федя.
И я тут же слышу крик Ивана, возню, пыхтения и глухие удары.
– Все, Илюш, побежала вниз, юные муромцы все же устроили драку. Послушай:
– Я тебя Ванька предупредил. Теперь утирай кровавые сопли.
– Дурак, так нечестно, – пыхтит старший. Я же тебя не бил, а ты с кулаками.
– Я сделал так, как папа сказал. Предупредил? Да… В другой раз не станешь меня цеплять, – бухтит младший голосом отца.
– Ну, а что? Все по мальчуковым понятиям, – тут же резюмирует Илья. – Раз заслужил, значит, получил. Будет Иван думать, прежде чем Федьку задирать.
















