Новогодняя сказка для волка-одиночки (СИ)

Вмиг он приблизился, толкнул, смёл ее назад в ванную. Притянул к себе за бедра, усадил на стиралку в углу. Впился в губы, скользнул языком в рот. Теплая, вкусная...

- Моя.

Она, кажется, улыбалась. Всхлипнула, когда он опустил ладони на грудь. Из тонких пальцев выпало полотенце. Антон целовал ее, страстно, горячо. Ласкал затылок, спину. Приподнял подол платья, сегодня она в чулках. Проник пальцами в трусики, нащупал клитор, надавил.

- Мм... Антон.

Он быстро ее завел, у самого член уже рвался из ширинки. Хотелось окончательно понять - она здесь, живая, родная. Соединиться, почувствовать ее внутри. Антон расстегнул штаны, сдвинул белье. Убрал на бок ее кружево, вошел, зарычал. Сильные, резкие толчки. Она то распахивала глаза, то наоборот закатывала. Плавилась в его руках. Он и сам горел, шептал ей, какая она красивая, хорошая. Машинка билась о плитку на стене.

Олеся вскрикнула, в ее теле запульсировал оргазм. Антона накрыло вмиг, он даже не успел вытащить из нее член. Только схватил ртом воздух, прижал ее к себе.

- Товарищ полковник, я в вас точно влюблюсь, - выдохнула девушка.

- Напомни, чтобы я дал тебе по заднице за чулки в декабре, - прохрипел Измайлов.

Эпилог

Олеся

- Ну что же, на первый взгляд всё в порядке. Но нужно полное обследование, староваты вы для первых родов.

Олеся только моргнула в ответ на слова толстой докторицы. Которая, к слову, была старше ее минимум в два раза. Хотя она не беременна первым ребенком, это ее оправдывает. Отчего-то стало страшно. И обидно. Еще какие-то чувства распирали, она толком не могла разобрать. Прекрасно понимала, шалят гормоны. Но взять себя в руки в казенном кабинете, да еще с таким не слишком добрым отношением не могла. А ведь всего несколько месяцев назад она бы за словом в карман не полезла.

- Вот это возьмите, - врач протянула ей бумаги, - я там по времени всё расписала."

"Молодая женщина (или немолодая?) попрощалась и вышла в коридор. Засеменила по гладкой плитке, стараясь выкинуть из головы все мысли. Разреветься посреди поликлиники было бы слишком. Последний раз такой фортель она проделывала лет тридцать назад, еще с мамой за ручку. А в последующие годы и больниц-то не знала. Так – косметолог, стоматолог.

Надо бы позвонить маме. Но сначала Антон, он уже ждет ее в своем сером внедорожнике. Новостью для него беременность не будет, они уже знали с того самого утра. Когда оттрепыхалось наслаждение, Олеся сразу поняла – они не защищались. Проговорила что-то про экстренные таблетки, но Измайлов так на нее посмотрел. Стало ясно, он скорее ее появление на свет сейчас прервет. Задним, так сказать, числом.

Он за нее испугался. Практиканты эти на родном «Град-канале» перепутали всё напрочь. Пострадала не Орлова, а Коршунова. И не погибла, а лишь отключилась да разбила голову.