Обещаю тебя забыть (СИ)

Горечь растекается по языку, горло сдавливает удавка.

Отхожу вглубь помещения, плюхаясь на диван. Комната похожа на рабочий кабинет. Письменный стол, кожаный диван, два кресла, стеклянный столик, стеллаж вдоль стены. Все в темно-коричневых тонах. Почти как моя жизнь в последнее время. Еще не черная, но уже близка к этому цвету.

Я устала быть сильной. Руки опускаются, когда раз за разом на мою голову падают новые испытания. Как тут остаться стрессоустойчивой?

Стас входит сразу же, как понимает, что дверь больше не держат с обратной стороны. Подходит ближе, присаживаясь на корточки. Берет за руки, заглядывая в глаза. В его взгляде уже нет той стали, о которую я успела порезаться несколько минут назад. А вот раскаяние я вижу.

— Малыш, послушай. Я понимаю, что тебе сложно мне верить после всего того, что между нами было, но клянусь: я не собирался играть на твоих чувствах к ребенку. И разлучать тебя с ним тоже. Я не знаю, что мне нужно сделать, чтобы ты поверила мне. Просто однажды я уже терял тебя и… очень боюсь, что подобное может повториться.

Его тихий баюкающий голос бальзамом ложится на мои израненные нервы. Понемногу, капля за каплей, он лечит. Не знаю, что именно: тон, слова или просто желание, чтобы так оно и было, — но оно достигает своей цели.

— Да, знаю, что тебе пришлось нести ответственность в одиночку прошлые годы, знаю, что в этом есть моя вина. И именно ее я хочу искупить. Ты больше не одна, я буду рядом, буду твоим сильным плечом. Просто дай мне шанс доказать тебе это. Доверься.

Я вспоминаю нашу перепалку и понимаю, что Стас не говорил ничего такого. Это я сделала поспешные выводы. Он сказал, что не позволит рисковать сыном, но о том, чтобы лишить меня его, речи не было. И после сразу указал, что я неправильно поняла его, это уже меня понесло.

Мы сидим молча в тишине напротив друг друга. Горов больше не оправдывается, не пытается в чем-то убедить, просто держит мои ладони и терпеливо ждет.

Удивительно, но в этом молчании я нахожу свое спасение. Мне даже дышать становится легче спустя какое-то время. Напряжение отпускает, и я снова могу говорить.

— Ничего серьезного не произошло. Местные хулиганы ограбили хорошую бабушку, я разозлилась на них и ляпнула, что прибила бы. Никого убивать на самом деле я не собиралась, просто вырвалось на эмоциях. Вот и все, — рассказываю наконец, как было.

Умалчивая о подробностях и о том, что хулиган был один — мой брат.

Горов смотрит на меня долгим взглядом, будто сканируя. Ищет доказательства того, что я не вру.

— И чуть не довела меня до инфаркта, — улыбается он натянуто.

В его глазах по-прежнему сквозит тревога. Видно, что он не особо верит мне, но, видимо, решил оставить и не накалять ситуацию.

— Прости, — вырывается искренне.