Обещаю тебя забыть (СИ)
— Давай без истерик, мы все-таки взрослые люди, — устало реагирует Стас, когда я застаю его с полуголой секретаршей в офисе. — Я хотела сказать, что уезжаю. Мама заболела, мне нужно ее проведать, — говорю совсем не то, что собиралась. — Надолго? — Видимо, насовсем. Мы расстались на долгие пять лет. Теперь он снова появился в моей жизни. Стал еще красивей, мужественней, привлекательней. Утверждает, что хочет все вернуть, а я до сих пор не могу его простить, как и рассказать о том, что утаила от него в прошлом новость о сыне.
— Привет, — отвечаю на автомате.
С момента нашей последней встречи мы так больше и не общались. Алексей звонил на следующий день, но я тогда была в душе и не слышала. Да и не взяла бы, даже если бы могла. Все еще была обижена на него. После он дважды писал в мессенджере, просил прощения, хотел поговорить, но я и там не ответила. А потом как-то все заглохло.
— Идем к нам, а то тут все занято, — приглашает жестом к столу, где сидит худенькая светловолосая девушка.
Я удивленно перевожу на него взгляд, вопросительно выгибая бровь, но Леша тут же поясняет:
— Это моя сестра. Знакомься — Инна. Инна, это Катя.
— Та самая Катя? Ой, Леша мне про вас рассказывал. Приятно познакомиться, — расцветает в улыбке блондинка.
А они и правда похожи внешне.
— Надеюсь, что хорошее, — выдавливаю приветливую улыбку в ответ.
Деваться некуда: свободных столов больше нет, поэтому нехотя, но я все же принимаю предложение.
— Конечно! Присаживайтесь. Леш, закажи еще пиццы? И кофе мне, — просит Инна, обращаясь к брату.
— Мам, а мне сок. И тоже пиццу, — радостно оживает Ромка.
— Я закажу. Тебе какую? Меня, кстати, Леша зовут, — протягивает Роме руку Алексей. — Я друг твоей мамы.
Сынишка тушуется, отводит взгляд и вжимается в стул. Руку не жмет в ответ, смотрит на меня. Взрослых он стесняется, особенно мужчин, и если в другом случае я помогла бы им сдружиться, как-то поддержала, то с Лешей не хочу.
— Ему без грибов и не острую, — отвечаю за Ромку.
Успокаиваю себя тем, что мы всего лишь посидим за одним столом, немного пообщаемся и уйдем. Если Леша надеется, что это его шанс помириться, то зря. Устраивать здесь сцены я, конечно, не стану. Даже разговор поддержу, если потребуется, но на этом все.
Лезу в сумочку, чтобы достать деньги — платить за меня не нужно, мы больше не пара, — но, перещупав все отделения и кармашки, понимаю, что кошелька нет. Ни карт, ни налички — ничего. Только бутылка с водой и ключи.
Застываю на секунду, не веря, и снова начинаю обшаривать каждый угол, будто такая вещь, как кошелек, могла затеряться в небольшой сумочке.
Я же не могла его выронить? Или могла, когда доставала воду? А если да, то в такой толпе и не заметишь, не найдешь даже с наличием кучи камер.
Я судорожно пытаюсь вспомнить, сколько там лежало денег. Снова обыскиваю сумку в надежде на чудо — и опять ничего.
— Катя, все в порядке? — замечает мою нервозность Инна. — Ты что-то потеряла?
— Кажется, да.
Чтобы успокоить расшалившиеся нервы, быстро открываю мобильный банк и блокирую карту. Слава богу, с нее еще не успели ничего снять, а наличными я много не ношу с собой. Пару-тройку тысяч разменными, чтобы в случае отказа в безналичном платеже были деньги на небольшую покупку.
Но сейчас я без гроша в кармане.

















