Древесный маг Орловского княжества 2

— А ну замолкните, щеглы, — шиплю на них, и сразу глазки у парней начинают бегать. — Ясмина?

— Вы ведёте себя грубо, — отвечает красотка, но без всякого укора.

— Чуть отстанем от этих малолеток, хорошо? — Предлагаю, проигнорировав критику.

— Ладно, но только потому, что вы долго ко мне ехали, — ответила с нотками иронии и вышла из строя за мной."

"Встали в сторонке, смотрим друг на друга. Не могу перестать восхищаться завораживающими раскосыми глазищами, всё вокруг за пеленой тумана. Всё вокруг неважно.

— Так что у вас стряслось? — Спрашивает неожиданно участливо.

— Да тут много всего приключилось, но если есть время, я расскажу.

— Простите, времени совсем нет, — встрепенулась и поспешила за группой. Двинул и я, поравнявшись.

— Я думала, что больше вас… — начала.

— Тебя, — поправил.

— Я думала, что больше тебя не увижу.

— Это почему же? — Интересуюсь, не отрывая от её профиля взгляда и вылавливая каждый пунктик на лице.

— Ты же нарвался на одного из Золотой троицы, — заявляет.

— Золотой троицы? — Улыбаюсь.

Улыбается в ответ и поясняет:

— Максимилиан, Ростих и Таислав. «Золотой троицей» их называют потому, что они ведут себя на уроках, как хотят.

Положение им позволяет нарушать дисциплину и проявлять неуважение к учителям.

— А, ты про тех ребят в Чудо-барахолке? Хотели меня в лесу прикончить без свидетелей, и сами еле ноги унесли.

— Вот же… недостойные, — комментирует Ясмина в сердцах. — А Максимилиан всем кичился, что ты пощады просил на коленях.

— Это с двумя фонариками–то?

— Какими фонариками? — Спросила с удивлением, взглянув мельком.

— Под глазами, я ж нос разбил этому недомагу.

— Вот оно что, — усмехнулась малышка.

— А он объяснил свои синяки, что с утра на посох свой напоролся.

— Морозова не даст соврать, она подоспела в конце и спасла их подлые шкуры.

— Вы… ты знаком с госпожой Морозовой? — Поинтересовалась, снова посмотрев на меня глазищами своими, распахнутыми от удивления ещё больше.

— Да, мы вместе с ней высшего упыря и его приспешников перебили в Каменцах, — похвастал, не удержавшись.

Ну как дитё малое. Где моё мужество⁈

— Слышала об этом. Так это от тебя она в таком восторге. Признаться, приятно удивлена.

— За эту заслугу с января меня зачислят в паладины, будем видеться чаще, — заявляю воодушевлённо.

— Ну и славно, — комментирует неожиданно скромно.

Бабочки в животе тут же приземляются обратно.

— Ты не рада? — Уточняю на всякий пожарный случай.

— Отчего ж не порадоваться, — ответила неуверенно, после недолгой паузы.

Посматривает теперь застенчиво. Щёки ещё больше разрумянились.

Вижу, что группа на поле, обрамлённом восемью колоннами, уже встала, адепты чуть разбрелись и на нас поглядывают. Ещё метров пятьдесят, и мы тоже туда дойдём.