Обнаженная для герцога (СИ)

Герцогу Фабиану и герцогине Анне стоило больших трудов донести до меня мысль, что контроль необходим. Я и сейчас вспыхиваю мгновенно. Хорошо, что наработал навык удерживаться от резких действий и скоропалительных выводов и решений.

Дамиан нежно поцеловал меня и с улыбкой сказал:

— Я рад, что нравлюсь тебе таким, какой я есть.

— Я люблю тебя, Дамиан, — серьёзно сказала, глядя ему в глаза. — Ты самый-самый лучший, кого я только могла бы вообразить.

Он довольно улыбнулся и снова поцеловал.

А потом мы долго мылись вместе… Долго, потому что Дамиану снова оказалось меня мало, и я вдоволь натёрлась спиной о стену в душе, когда он яростно и нежно вбивался в меня, вглядываясь в мои глаза.

Дамиан ушёл с сожалением, предупредив, что будет поздно, возможно, под утро, а я провела остаток вечера светло улыбаясь и перебирая в памяти его слова.

* * *Потекли длинные дни во дворце."

"Дамиан предупреждал о своей занятости не зря. Он уходил ранним утром, тихо выскальзывая из кровати, чтобы меня не будить. Я просыпалась одна, завтракала в одиночестве в гостиной его берлоги, а потом уходила в учебные залы пташек, где вместе с девушками училась светским премудростям.

Дамиан предупреждал не зря и о том, что меня будут окружать другие мужчины.

Во второй половине дня у меня были занятия в саду. Маги из ближайшего окружения Дамиана учили меня контролю над магией и боевым заклятьям, как защитным, так и парализующим с атакующими.

Меня учил даже Рэналф, оставшийся во дворце по настоянию Дамиана, который заявил, что мозги главнокомандующего сейчас ему необходимы как никогда.

Со мной брат короля вёл себя подчёркнуто вежливо, безупречно держал дистанцию, ни словом, ни намёком, ни взглядом не напоминая о том, как мы с ним познакомились.

Пожалуй, это были самые ценные уроки. Высокий и огромный бородач был строг, требователен и великолепно объяснял, но я всё равно робела под мрачным взглядом янтарных глаз, точно таких же, как у моего Дамиана.

Вечера я проводила в берлоге короля, в ожидании любимого, читая книги и неумело вышивая странные узоры и искалывая все пальцы иглой. Дамиан приходил поздно, иногда глубокой ночью, уставший и злой, но едва увидев меня, широко улыбался, и в моих объятиях быстро расслаблялся и становился самим собой.

Так и тянулись мои дни во дворце, в занятиях и ожидании времени с Дамианом.

Утро с любимым я всё же отвоевала: через неделю пробуждений в одиночестве я закатила Дамиану весьма красивый скандал, по итогам которого мой несдержанный король интенсивно любил меня прямо в гостиной, задрав юбку и завалив животом на стол.

Зато теперь он будил меня по утрам, и мы завтракали вместе, разговаривая о разном и наслаждаясь обществом друг друга.

Учиться мне нравилось.