Очищение

Голод был организован марксистами. Маркс требовал трудовых армий, особенно в сельском хозяйстве. Но марксизм осуществим только в странах с тоталитарным прошлым. А мы люди свободные. Традиции свободы настолько глубоко укоренились в нашем народе, что в нашей стране было невозможно осуществить кровавые Марксовы замыслы в полном объеме. Потому создавались не марксистско-троцкистские трудовые армии, а гораздо более мягкие и человечные колхозы. Но и в колхозы наш привыкший к свободе народ не хотел идти. Потому марксисты организовали голод: кто не пойдет в колхоз, тот сдохнет от голода.

Вместо жуткой статистики коллективизации — всего только кусочек из «Бабьего яра» Анатолия Кузнецова:

«Мы им: колхозы или смерть. Они на это: лучше смерть…

Нам, коммунистам, выдавали по талонам, чтоб не сдохли, немножко, деревенским активистам тоже, а вот что ОНИ жрут — это уму непостижимо. Лягушек, мышей уже нет, кошки уже ни одной не осталось, траву, солому секут, кору сосновую обдирают, растирают в пыль и пекут из нее лепешки. Людоедство на каждом шагу…

…Сидим мы в сельсовете, вдруг бежит деревенский активист, доносит, в такой-то хате девку едят. Собираемся, берем оружие, идем в ту хату. Семья вся дома в сборе, только дочки нет. Сонные сидят, сытые. В хате вкусно пахнет вареным. Печка жарко натоплена, горшки в ней стоят.

Начинаю допрашивать:

— Где ваша дочка?

— В город поихала…

— Зачем поехала?

— Материала на платье купить.

— А в печи в горшках что?

— Та кулиш…

Выворачиваю этот «кулиш» в миску-мясо, мясо, рука с ногтями плавает в жире.

— Собирайтесь, пошли.

Послушно собираются, как сонные мухи, совсем уже невменяемые. Идут. Что с ними дальше делать? Теоретически — надо судить. Но в советских законах такой статьи — о людоедстве — нет! Можно — за убийство, так это ж сколько возни по судам, и потом голод — это смягчающее обстоятельство или нет? В общем, нам инструкцию спустили: решать на местах. Выведем их из села, свернем куда-нибудь в поле, в балочку, пошлепали из пистолета в затылок, землей слегка присыпали — потом волки съедят».

3А что мог сделать Якир?

Он мог делать все, что хотел. Коллективизация была возможна только под пулеметным огнем Рабоче-Крестьянской Красной Армии. Голод был организован штыками все той же армии-освободительницы. Это ее боевые отряды изымали все, что можно было считать едой, и беспощадно уничтожали. Не об одном Якире тут речь. Все они, стратеги, к тем злодеяниям руку приложили. Якир тут только пример. И по той причине, что был он в самом центре трагедии и преступления и у него было больше всех возможностей к сопротивлению.